– Забудь все, что я говорила вчера. Я была не в себе.
Ее маленький красный рот дергается в усмешке.
– Твой Данилов мизинца моего не стоит. Его удел – синюшные худые пятки Миранды. Но...
Густые ресницы Аграфены вздрагивают.
– Но если он хотя бы раз подойдет ко мне, я за себя не отвечаю. Духу его не будет в моей жизни.
Глава 7
Денис
– Сахар?... – спрашивает Артем, оборачиваясь.
– Без сахара, – говорю ему в тысячный раз, но видимо будет и тысяча первый.
Эта не та информация, для которой найдется местечко в его голове. Он человек деятельный, избирательный, разную хрень, типа моих предпочтений, запоминать не станет.
– Сэндвич с сыром сделать?
– Валяй.
Я не завтракал ещё, поэтому не откажусь. Сидя на барном стуле в доме его родителей, озираюсь по сторонам. Года три тут не был, и я уж не вспомню, изменилось здесь что–то с последнего моего визита или нет. Кажется, все по прежнему. Такие же огромные окна, ведущие на задний двор, светлая мебель и льняные салфетки на столах. В большое вазе огромный букет белых роз. Пахнут приятно.
– Я вмонтировал в нее усилитель зимой, – говорит Темыч о колонке, за которой мы сюда приехали.
Этот сабвуфер он сделал своими руками лично для меня. Такое вот у него хобби, и очередь на его «черные ящики» расписана чуть ли не на год вперед.
– Шума не даст? – спрашиваю, имея в виду усилитель.
– Не, чисто...
Киваю. Не сомневаюсь, кстати. Золотым рукам и светлой голове Рокотова доверяют все в нашем окружении.
Получаю вскоре свои кофе и сэндвич, но в момент, когда вгрызаюсь в него зубами, за спиной раздаются легкие шаги, а следом тихое змеиное шипение:
– Не поняла!... Это что такое, Тема!?
Вот оно – исчадие ада. Единственное черное пятно на гербе семьи Рокотовых, которую я в общем–то люблю и уважаю.
– Это что такое, Тем? – дублирую вопрос с набитым ртом, – Ты же сказал, она на лекциях.
– Ты почему не на лекциях? – обращается он к сестре.
Она, видно, только что проснулась. В топике на тонких лямках и в микроскопических шортиках. Длиннющие ноги бесстыже голые, но змеюку это, похоже, не смушает. Нечесаные волосы рассыпаны по плечам.
Медленно придвигаясь к нам, она высекает глазами молнии.
– У меня сессия началась.
– Бля... – выдыхает Темка раздосадовано.
Я отпиваю горячий кофе и чувствую, как от затылка вдоль позвоночника начинается легкое покалывание. Наверняка препарирует меня взглядом, извлекая головной и спинной мозг. Прикидываюсь пнем, хотя не скрою, что ее уколы не всегда раздражают. Иногда будоражат до закипания адреналина в венах. Думал, пройдет, когда повзрослеет, но нет – стала ещё ядовитее и опаснее, а я вместе с тем – более восприимчивым к ее яду.