– Чем займемся? – спрашиваю, провокационно дернув бровью.
– Вот думаю... У меня ведь перед тобой долг.
– Какой? – мозг начинает подкидывать варианты, от каждого из которых меня обдает жаром.
– Идем... – он подталкивает меня в сторону спальни и ногой захлопывает дверь.
Нас окутывает густая темнота, разбавленная лишь общим частым дыханием.
– Что ты задумал?...
– Задумал, ага, – шепчет он в губы, – Думал об этом, пока сидел на совещании у отца, а потом всю ночь.
– Ты меня... – спотыкаюсь об одежду, брошенную на полу, – пугаешь.
– Это не страшно, уверяю... Тебе понравится.
Кажется сбывается одно из самых моих смелых предположений. Я облизываю вмиг пересохшие губы и не совсем элегантно падаю на кровать Данилова. От волнения забываются все слова.
– Расслабься, – звучит в темноте его хрипящий голос, – И получай удовольствие.
Затем я чувствую, как взлетает вверх подол моей юбки и быстро сбегет по ногам белье.
– А–а–а–а... Э–э–э... может, в следующий раз?
– Не–а, – раздается бескомпромиссное, и мои ноги сгибаются в коленях и под давлением разъезжаются в стороны.
Чувство нестерпимого жара сменяется ощущением закипающей в венах крови. Стыд вступает в схватку с похотью и тут же проигрывает. Меня прошивает электричеством, когда губы Дениса касаются меня там. Сначала, словно знакомясь, пробегаются по всей длине, а потом целуют в самую сердцевину. Мягко, нежно, очень влажно.
– О–о–о–о... Господи–и–и... – врывается из горла.
Я вытягиваюсь в струну и закрываю глаза сгибом локтя. Мышцы вибрируют от напряжения.
Данилов не останавливается и не отвлекается на реплики и другие ласки. Сосредоточив все свои усилия на одном, доводит меня до сумасшествия. Лижет, натирая языком чувствительный бугорок, прихватывает губами плоть, всасывая ее в рот, смешивает свою слюну с моими соками.
Это просто охуительно!... Охеренно, охрененно и в сотни раз круче, чем я себе представляла.
В какой–то момент, когда он поддевает клитор кончиком носа, а потом опаляет его горячим дыханием, я детонирую, разлетаюсь на атомы и перестаю существовать.
На грешную землю возвращаюсь спустя целую вечность, когда в сознание проникает встревоженный голос Дениса:
– Кира!... Кира, слышишь меня?! Открой глаза, маленькая!
– Нет меня, – еле шевелю губами, – Умерла. Ты убил меня.
Глава 48
Кира
Спустя две недели
– Подкинь!... Подкинь меня! – верещит Поля, вынырнув из воды и снова взбираясь на меня как обезьянка.
Я разворачиваю ее спиной к себе, подбрасываю не слишком высоко и наблюдаю, как она, зажмурившись и зажав нос пальцами, уходит под воду. Делает там быстрый кувырок, отталкивается от дна и вновь появляется на поверхности.