– Ниже... – бормочет Данилов, опуская сидение подо мной.
Мы оказываемся практически в горизонтальном положении. Я распластанная в мокром платье, он – наглый и донельзя возбужденный надо мной и каменная, бесстыже упирающаяся в мое бедро, его эрекция. Она как раскаленное железо – прожигает дыру в одежде и плавит кожу.
Я задыхаюсь и теряюсь в его голодном взгляде, касаниях и низком голосе. Мысли путаются, в груди набухает и давит. Я начинаю терять контроль.
Глубокий влажный поцелуй стирает остатки разума. Ощущения превосходят самые смелые мои ожидания. Данилов космос.
Его губы проезжаются по моей щеке, спускаются к шее и втягивают мою кожу. Мое шумное дыхание оглушает. Стекла затягивает паром.
Я глажу его выпуклые мышцы и испугано замираю, когда, потянув платье с моего плеча, он оголяет грудь. Налитую от желания, покрытую сотнями мурашек и увенчанную тугим чувствительным соском.
Мазнув расфокусированным взглядом по моему лицу, Денис склоняется и обнимает горошину губами. Из моего горла вырывается тонкий протяжный стон. Меня всю опаляет искрами, а бедра самовольно дергаются ему навстречу.
– Рокотова...
– Не останавливайся, – прошу жалобно, – Сделай так ещё.
Он прикусывает сосок губами и, оттянув его, выпускает с влажным пошлым звуком. Ощущения сносят крышу – я запускаю пальцы в его волосы и притягиваю голову к себе.
Ещё... ещё... хочу ещё!...
Но то, что Данилов делает в следующий момент и вовсе повергает меня в шок. Высунув язык, он медленно проходится им по плоти и хлестко ударяет по чувствительной вершине.
Я вскрикиваю. Прилив желания стекает к животу и омывает промежность горячей волной.
Денис освобождает вторую грудь и проделывает с ней все то же самое. Кусает, оттягивает, лижет. Его пальцы теребят первый сосок, доводя меня до исступления.
Я не знала, что бывает так!... Я не знала!
– Останови меня, Кира, – шепчет он хрипло, – Иначе я раздену тебя догола прямо здесь.
О, боже!... Если бы он знал, как я хочу быть голой с ним!... Голой и послушной и делать все, что он ни пожелает. Я готова плакать, умоляя, чтобы он не останавливался.
– Ещё пять минуточек, – прошу, подставляя ему свою грудь.
– Ты играешь с огнем...
– Пожалуйста, Дэн!... Я хочу ещё...
Следует ряд непроизносимых вслух ругательств, а потом, задрав подол платья, Данилов расталкивает ноги и подцепляет указательным пальцем полоску моего кружевного белья. Оно влажное, холодное, но под ним жарко и скользко. Я дергаюсь так, что ударяюсь о дверную панель локтем.
– Тшшш... – шипит Денис, – Не напрягайся так.
– Что ты делаешь? – шепчу испугано.