– Расстегни.
– Хорошо... да...
Я поднимаюсь на локте, вытаскиваю пуговицу из шлицы, неуклюже дергаю вниз язычок молнии. Денис мне помогает – расстегивает ширинку и моей же рукой сдвигает вниз резинку трусов и обхватывает член.
Меня пробивает электрическим разрядом. Ударяет в грудь, жидким током разбегается по венам и пульсирующим сгустком оседает под пупком.
В моей руке член Данилова.
– Блядь... держи крепче, Кир... – Денис накрывает меня и целует.
Я держу член Данилова, и он... он ещё более впечатляющ, чем его скульптурно вылепленный торс. Горячий, обтянутый тонкой гладкой кожей и твердый как камень. Он вздрагивает и пульсирует в моей руке.
– Кира... – он перехватывает мой наверняка полубезумный взгляд и утыкает лбом в мой, – Я буду осторожным... Но ты же знаешь, в первый раз может быть..
– Я знаю, – вышептываю на грани слышимости.
Пусть не навсегда, пусть не серьезно, но пускай он будет моим первым. Только его я представляла в этой роли. Только он мне снился.
– Ты смелая, но я постараюсь не подвести. Окей?...
Сглотнув, киваю.
Потом он стягивает джинсы по ногам вместе с боксерами и достает из тумбочки у кровати упаковку с презервативами. Вынимает фольгированный темно–синий квадратик, вскрывает его, рванув зубами, и ловко раскатывает по члену. Все это время, наблюдая, я почти не дышу.
Шикарный засранец... Господи, на каком заводе его отливали?
– Теперь постарайся расслабиться.
– Я расслаблена... – заверяю его.
– Я потрогаю тебя.
Он раздвигает мои ноги и, прежде, чем потрогать, как и обещал, откровенно пялится.
– Денис.
– А?...
– Перестань...
Он поднимает пьяный взгляд к моему лицу, делает по нему круг и возвращает его к моей промежности.
– Не смотри...
– Тебе можно с ней в конкурсе красоты участвовать, – бормочет он, хрипя, – Королева красоты...
– Боже... Поцелуй меня... – смех застревает в горле и выходит наружу сиплым всхлипом.
Наверное, этот поцелуй должен был быть расслабляющим, но меня скручивает новым приступом желания. Страха почти нет, его затмевает осознание – кто именно причинит мне боль первого раза. Данилову можно. Ему можно все.
– Кира... – предупреждающий шепот, и я чувствую тупое давление между разведенных бедер.
– Я готова.
Давление усиливается, появляется ощущение сильного распирания. Рот Дениса закрывает мой, а потом меня буквально разрывает на части. Режущая боль от искромсанной в клочья плоти ослепляет. Я глухо вскрикиваю и замираю.
– Не шевелись!...
– Больно?...
– Больно... очень... тшшш...
– Блядь... Кира, прости.
Мы лежим, не двигаясь, и уже через несколько секунд ужасные ощущения притупляются, а затем вовсе исчезают. А вот чувство присутствия во мне Данилова – нет. Клянусь, его внушительный член увеличил мои бедра на пару размеров.