На троне вновь затряслась, хохоча, королева.
Тень уже полностью накрыла ее. В этой тени Юна больше не видела человеческой ауры. Зато предмет в иссохших руках Эолы начал мерцать мертвенно-синим светом. Этот свет завораживал и притягивал взгляд.
«Артефакт», — вспомнила Юна.
Нужно забрать то, что Эола держит в руках. Иначе им не выбраться с Изнанки!
«Я добуду его!» — пришла ответная мысль от Дхиррайма.
Мимо принцессы метнулась алая тень. Объятый собственным пламенем, Огненный дракон прыгнул в гущу тьмы, укрывающей трон.
«Прошу, осторожнее!» — золотое пламя Юны догнало его и окутало коконом.
Один удар — и артефакт был выбит из рук Эолы. С глухим стуком он заскакал по земле, покатился прямо под ноги Юны и замер, продолжая светиться.
— Нет! — взвизгнула королева.
Дернулась, чтобы встать. Но трон прочно держал. Темные шевелящиеся жгуты привязали ее к тому, о чем она так долго мечтала.
За ее спиной тень подалась назад, отшатнулась. Взревела. Луч света упал на Эолу, осветил ее перекошенное в бессильной злобе лицо.
Только тогда Юна увидела.
Только тогда поняла, что все время ее смущало.
У Эолы не было ног.
То, что прежде принцесса приняла за широкий черный подол, было шевелящимся сгустком тьмы. Из этой тьмы вытягивались и извивались жгуты…
Потрясенная увиденным, Юна склонилась и подобрала предмет. Это оказался хрустальный шар с тысячью мелких граней. Но внутри него что-то было. Что-то пульсировало синим, пугающим светом, какой горел в глазах лича.
— Отдай! — завопила Эола, протягивая к ней руки. — Отдай!
Тьма вокруг королевы зашевелилась, формируя новые жгуты.
— Юна, уничтожь его! — крикнул Дхиррайм. — Уничтожь артефакт!
— Нет! — вопль Эолы перекрыл его крик. — Отдай мне! Не смей этого делать! Ты не понимаешь!
— За мою мать, — прошептала принцесса, поднимая шар над головой. — За отца. За Астерию.
Пламя чудовищной силы поглотило артефакт.
Раздался оглушительный треск.
Во все стороны брызнули осколки.
Они падали во тьму, заполонившую пол и стены. И там, где упали, появлялась крошечная дыра, сквозь которую бил дневной свет.
Всего пара неподвластных глазу мгновений — и тронный зал превратился в решето. Это напомнило Юне синие звезды, усыпавшие ночной небосвод. А затем крошечные дыры начали объединяться, разъедая темные стены, пол и потолок.
Она даже не поняла, когда ее пламя схлынуло, оставив внутри чувство опустошения. Не заметила, как бессильно опустилась на пол — теперь уже знакомый паркет тронного зала. Правда, грязный, затоптанный, с грудами брошенных наспех помятых доспехов, сломанных мечей и другого оружия. И не поняла, сколько времени просидела, глядя на трон.