Юна подошла к забору и без страха просунула руку между прожилин. В тот момент она даже не думала, что животные могут быть агрессивными. Желание прикоснуться к прекрасной серебристой шерстке оказалось сильнее здравого смысла.
И в ответ на ее беспрекословное доверие жеребенок первым потянулся к руке. Ткнулся теплыми губами в пустую ладонь и обиженно фыркнул.
— Прости, — виновато улыбнулась принцесса и потрепала малыша между ушей, — в следующий раз я обязательно принесу тебе что-нибудь вкусненькое.
Жеребенок снова фыркнул, а потом вдруг вскинул голову и поймал ее руку губами.
Юна ахнула, ощутив, как огонь устремился к пальцам горячим потоком. Она хотела отдернуть руку, но жеребенок усилил хватку, будто почувствовал, что принцесса может уйти.
Миг — и магическое пламя сорвалось с руки, перекинулось на жеребенка и прошло по его телу волной, зажигая золотистые искры на каждой шерстинке.
— Что происходит? — поспешил к ней взволнованный Ульрих. — Это опасно?
— Нет, господин, — заверила Авилина. — Эти лошади питаются не только обычной пищей, но и магией. Она придает им сил. Но не беспокойтесь, они не способны причинить вред тому, кто их кормит.
Юна и в самом деле не ощутила никакого ущерба для себя. Наоборот, ей захотелось поделиться силой и с двумя молодыми кобылами, которые с опаской приблизились к ней. Она без боязни протянула к ним руки, а потом с восхищенной улыбкой следила, как магия наполняет их тела и заставляет светиться.
— К сожалению, им не хватает внимания, — вздохнула Авилина у нее за спиной. — Наш хозяин нечасто сюда заглядывает.
Глупое сердце отреагировало на упоминание о Дхиррайме усиленным стуком. Юна поспешила отвернуться, чтобы ни отец, ни горничная не заметили изменения у нее на лице.
— Они объезжены? — поинтересовалась, думая, что было бы неплохо промчаться на такой лошади по той долине, которую видела из окна.
— Да, госпожа. Если хотите, любую из них оседлают для вас.
— Нет-нет, — остановила принцесса. — Не сейчас.
Она обязательно вернется сюда. Как-нибудь потом. А сейчас ей важнее поговорить с отцом. Разделить с ним то, что ей пришлось пережить.
Ульрих молча слушал, пока она рассказывала про отбор невест и свое участие в нем. О ее браке с Эрисхаймом он уже догадался и сам. Но не смог сдержать удивления, когда Юна призналась, что брак до сих пор фиктивный.
— Вот как, — задумчиво посмотрел на нее. — Что ж, тебе придется вернуться к нему. Фиктивный брак или нет — у вас договор.
— Он не любит меня, — она машинально дотронулась до брачного ожерелья. — Он сам так сказал.