Так Райссарнах стал побратимом Айдхоррана. Это случилось за сотню лет до того, как они из друзей превратились в заклятых врагов. А потом убил его.
Эрисхайм сделал все, чтобы уничтожить воспоминания об этом позоре. Он нашел и убил Райссарнаха. А теперь убьет его сына.
— Слишком долго я терпел выходки этого мальчишки, — процедил он, сжимая кулак и не замечая, как отросшие когти пробивают ладонь. — Слишком долго я ждал.
Гнев князя ни для кого не прошел незамеченным.
Жители Дха-арн-Тана попрятались по углам. Туча, которая все это время закрывала небо над замком, накрыла и сам Дартсваар — столицу драконьего княжества. Подданные Эрисхайма вздрагивали, бросая взоры туда, где еще недавно сияло солнце. Теперь в недоступной мрачно-грозовой вышине сверкали молнии и гремели раскаты грома.
Даже в дальних уголках Вальдхейма почувствовали дрожь под ногами. Такова была ярость владыки.
Три дня он ждал вестей от поискового отряда и не находил себе места. Метался в тронном зале, как запертый зверь. Готов был порвать любого, кто сунется в нему с дурными вестями.
И когда эти вести пришли, лишь Эвер осмелился их озвучить.
— Ваше владычество…
— Где они?
Низкий вибрирующий голос разнесся по залу. Голос, от которого у простых смертных стынет кровь в жилах, а в горле спирает дыхание.
— Простите, мой князь, беглецов не нашли…
Громкий хруст оборвал конец фразы.
Эрисхайм подался вперед. Огромная лапа, покрытая бронзовой чешуей, сжалась в кулак, сминая кубок из меди, словно фольгу. Отшвырнула, и тот забренчал по каменным плитам. Остановился у ног Эвера, заставив того слегка побледнеть.
— Не нашли? — прорычал князь, поднимаясь и уже не сдерживая оборот. — А может, не там искали?
Эвер не отступил, лишь еще ниже склонил голову:
— Ваши верные вельды обыскали каждый уголок девяти королевств, мой князь. Даже Шаорский архипелаг и ледяные фьорды Эствира. Нигде нет ни намека на присутствие отступника или вашей невесты.
— А Бер-ан-Схар? Они проверили Бер-ан-Схар?
— Да, мой князь. Там лишь обгорелые развалины. Ничего не изменилось с тех пор, как вы его уничтожили.
Эрисхайм рухнул обратно в кресло.
Все эти дни он надеялся, что Дхиррайм спрячет Юнону в родовом замке. Пусть уничтоженном сто лет назад и непригодном для жизни, но сам он сделал бы именно так. На родной земле, выложенной костями предков, насыщенной их духами, можно быть почти непобедимым.
— А что говорят об этом в Огненном клане? Может, они решили поднять мятеж против меня?
— Вряд ли, ваше владычество. Глава Огненного клана прислал вам свою единственную дочь в знак преданности и чистых намерений. Беглецы не появлялись на его землях.