Шаг. Замах…

Хруст!

Лезвие вошло во влажный хрящ. Я навалился всем весом, проворачивая клинок, чтобы вырезать сустав целиком, не повредив железу. Меч лязгнул о камень.

Мантикора взвыла. Обрубок хвоста брызнул на ноги темной кровью. Тварь рванулась, пытаясь развернуться, но Сирка молнией влетела сбоку и рванула зубами кожистую перепонку крыла. Зверь визгнул, отвлекаясь на новую боль.

Этого хватило. Я подхватил шип с пульсирующим желтоватым мешочком и бросился назад.

— Отходим! — крикнул я.

Кара не стала тратить время на крики или команды, которых зверь всё равно не знал. Она просто развернулась и побежала прочь. Понятный сигнал — вожак выходит из боя.

Сирка мгновенно разжала челюсти и рванула следом за Карой, прикрывая её тыл. Мы быстро разорвали дистанцию.

Из воронки доносилось хриплое, слабеющее рычание. Я осторожно вырезал необходимое. Целая, тугая мембрана железы. Запах аммиака и горечи резанул по глазам. Идеально.

Взгляд скользнул по пасти мантикоры — там оставались нетронутые клыки. Выбить бы парочку… Но я одернул себя. Жадность — первый шаг к нарушению техники безопасности. Наш лимит удачи на сегодня исчерпан.

Плотно замотал трофей в тряпицу и убрал на дно мешка.

— Сама умрёт, — сказал, глядя на истекающую кровью тварь. — Пошли.

Мы взяли широкую дугу. Я улыбался успеху. Кто бы мог подумать, что всего через месяц отрублю хвост мантикоре!

Сирка ещё долго оставалась напряжённой. Шла у ноги Кары на полкорпуса ближе, чем обычно. Сестра положила ладонь ей на холку, и гончая чуть выдохнула, замедлила шаг и опустила загривок.

Один жест, и зверь успокоился. Кара интуитивно училась быстрее, чем я думал.

К полудню поле закончилось, и земля пошла вверх — подъём к гребню, за которым должен был открыться вид на Город.

С каждым шагом в гору запах гари усиливался. Дым тянулся четырьмя столбами разной густоты — один чёрный и жирный, как от горящей смолы, два серых и один почти прозрачный, который мог быть паром от залитого пожара. Ветер нёс сажу и мелкий пепел, оседающий на наших хитиновых нагрудниках.

Сирка остановилась и задрала голову.

Мы проследили за её взглядом.

На фоне дымного неба кружили крупные крылатые силуэты. Широкие крылья ловили восходящие потоки от пожаров, тёмные тела лениво плыли по спиралям, как щепки в водовороте. Размах крыльев у каждого — метров десять, может больше. Длинные хвосты покачивались при каждом вираже.

— Виверны, — сказала Кара.

— Десять минимум, — сказал я. — Может больше, за дымом плохо видно. Наши или дикие?

— Отсюда не разглядеть, — ответила Кара, щурясь на небо. — Будем надеяться, что Клан Крыла.