Вскоре выяснилось, что нападение кочевников было не простым грабежом, а местью за разорение находившихся неподалеку от Марга могил их вождей. Якобы осквернили их, забрав драгоценности и оружие, по приказу епископа Андоха. Не знаю, правда это или нет, но не удивлюсь, если подтвердится. Я видел епископа издали и кое-что слышал о нем от городских стражников. Богато наряженный, округлый во всех отношениях и льстиво-улыбчивый Андох ассоциировался у меня с мокрым обмылком, который выскользнет даже из двух рук. Он поехал в Константинополь, чтобы заверить императора Феодосия Второго, что могилы не разорял. Я нисколько не сомневался, что ему поверят.
За годы моего отсутствия римская армия была переформирована. Теперь на границе стояли не легионы, а несли службу пограничные гарнизоны в городах или крепостях. Если границы проходила по реке, то отряды назывались рипенсами, если по суше, то лимитаниями. Последнее название напомнило мне Москву советских времен. Основные подразделения, носившие название комитатенсы, которыми командовали трибуны при помощи викариев, располагались в центре провинции, чтобы быстро прийти на помощь пограничникам в любом месте. Были еще элитные подразделения, палатины, составлявшие основу императорской армии. В случае войны все подразделения объединялись в одну или несколько армий, и тогда пограничники носили название псевдокомитатенсы. В отличие от легионов, в комитатенсах было всего тысячи полторы воинов, из которых примерно треть составляли вспомогательные части, которые теперь назывались ауксилии. При императоре Антонине Каракалле все свободные жители империи были признаны ее гражданами, так что и в боевых частях, и во вспомогательных служили только римляне. Если на службу поступал иностранец, он тут же превращался в римлянина. Почти вся армия была сформирована из новоиспеченных римлян, потому что аборигены служить не хотели. Поступивший на службу первый месяц числился новобранцем (тироном) и получал две трети жалованья и довольствия, а потом становился полноправным пешим воином (педом). Как мне сказали, лучше было бы начать в комитатенсе, подняться там до дуценария (командира отряда в двести воинов), а потом перевестись в командиры пограничного гарнизона, где продвижение по службе было намного медленнее. Впрочем, при наличии денег везде можно было быстро получить повышение. Взяточничество процветало. В среднем каждая следующая должность обходилась в годовое жалованье на предыдущей. При том количестве денег, что имел, я мог бы запросто сделать головокружительную карьеру за несколько месяцев. Решил пока посмотреть, стоит ли вообще служить в такой продажной армии?