— Откуда они у тебя? — перебил я.
— Приплыли сюда на галере и спрятались западнее Александрии, чтобы напасть на купеческий караван, который пойдет в ту сторону. Их выследили крестьяне и сообщили командиру гарнизона. Наши солдаты перебили почти всех, только этих взяли в плен. Разбойники не смогли удрать, потому что на море был шторм, — рассказал работорговец.
— Ты разве не знаешь, что рабов хуже, чем из морских разбойников, не бывает? — спросил я насмешливо.
Видимо, знал, но, нимало не смутившись, продолжил тараторить:
— Зато они сильные, крепкие, сделают тебя богатым!
— Если не сбегут вместе с кандалами и если буду постоянно хлестать их бичом, как ты?! — продолжал я сбивать цену.
Мы попререкались еще минут пять и сошлись на стандартной провинциальной цене за раба без хорошей профессии — десять солидов за голову. В Риме они будут стоить раза в полтора-два дороже. Если обманут, продам там богатому гепиду или герулу, чтобы поизмывался над ними вволю.
— Доплатишь за кандалы? — спросил работорговец после того, как получил деньги.
— Нет, забирай, у меня своих хватает, — отказался я.
Он подозвал раба-кузнеца, который ловко и быстро сбил кандалы.
— Если доплатишь, мои охранники проводят тебя, — предложил работорговец, видимо, желающий отщипнуть еще хоть чуть-чуть, и предупредил: — Это опасные люди, от них всего можно ждать.
— Я еще опасней! — как бы в шутку сказал ему, после чего приказал купленным рабам: — Не отставайте! — и, не оглядываясь, пошел впереди вместе с Радомиром на выход с рынка.
Бежать здесь германцам смысла нет. Их сразу убьют стражники, потому что на мордах бичом написано, что беглые рабы. Даже если бы сумели выбраться за пределы города и пошли пешком или поплыли на украденной лодке в Карфаген, их бы грохнули жители прибрежных деревень, у которых, уверен, свои счеты с морскими разбойниками.
Вандалы не меньше александрийцев и фессолоникцев удивились, увидев марсильяну. Впрочем, полноценной экскурсии по судну у них не было. Двух приковали за правую ногу к рыму в носовой части судна на первую пару весел на левом борту, двух — за левую на правом. Пусть отрабатывают проценты на деньги, потраченные на их покупку.
51
В двадцатом веке впечатление от порта Тунис, расположенного неподалеку от развалин древнего Карфагена, у меня было однозначное — скучно. Настолько скучно, что даже бес не поможет. Из развлечений там было только посещение многочисленных руин, каждой из которых придумана красивая история. Я взял напрокат старенький «фольксваген» и объехал несколько. По большому счету смотреть там нечего, если не сумеешь представить то, что для тебя нафантазирует гид, десятки которых тусуются возле каждой руины, как мухи возле кучи говна, и налетают тучей на каждого туриста, чтобы развести на несколько динаров, торгуясь за каждый так, будто решит их судьбу.