Поднявшись по лестнице, бывший пленник увидел кувшин на столе и первым делом схватил его и выдул всё содержимое — литра полтора дрянного вина, разбавленного водой. Выглядел он нормально, если не считать разбитую губу и свежий синяк под глазом.
— Поешь по пути, у нас собой много еды, — сказал я.
— Больше пить хотел. Там мне остатки отдавали, когда все напьются. Они друг друга знают, а я чужак, — рассказал он.
К морю напротив того места, где дрейфовала марсильяна, мы вышли в утренние сумерки. Менно, заложив два пальца в рот, громко и продолжительно свистнул три раза. Я так и не научился свистеть с помощью пальцев, о чем иногда жалею. Ему трижды ответили. Примерно через полчаса к берегу подошла рабочая шлюпка и забрала нас.
67
Я был уверен, что Гейзерих наградит меня за блестяще проведенную операцию. То ли я переоценил его щедрость, точнее, недооценил его жадность, то ли провалили задание, с которым был послан наследник, но мне даже спасибо не сказали. Я решил, что был второй вариант, и посоветовал самому себе больше не лезть в такие дела, пусть сами расхлебывают. Еще предполагал, что через несколько дней на Сардинию оправится большой десант, который без особых проблем за пару недель захватит весь остров. Ошибся и с этим.
Я подождал месяц, увидел, что все военные галеры уже разоружены и поставлены в ангары, после чего и сам пошел к коменданту военной гавани. Это был, как я его назвал, алан полусонный. Он сидел на низенькой табуреточке под навесом на крыльце, ведущем в, так сказать, его рабочий кабинет, но вид был такой, словно проснулся несколько секунд назад и, если я не успею, опять заснет быстро и надолго. Зуб даю, что, как и почти все кочевники, он не умеет плавать и боится воды. Я уже не говорю о знаниях в вопросах кораблестроения и мореплавания. Видимо, получил должность от обратного, в наказание за что-то, скорее всего, за сон на посту.
— У тебя пустуют несколько ангаров. Я бы хотел арендовать два для своего корабля, — обратился я к нему. — Кто решает этот вопрос — ты или к Гейзериху идти?
— Занимай, какие хочешь, — дружелюбно разрешил алан.
— Сколько это будет стоить до лета? — спросил я.
Сейчас всего два времени года. Здесь лето длиннее зимы, севернее — наоборот.
— С тебя нисколько, ты свой, — отмахнулся он.
— Пришлю тебе бочонок хорошего вина, — сказал я на прощанье.
— Это можно, — молвил алан, стремительно погружаясь в сон.
Через неделю марсильяна с помощью четырех пар волов и полусотни человек была вытащена на стапель и закреплена кильблоками, изготовленными к тому времени по моему заказу. Паруса, канаты, якоря и прочее шкиперское имущество сложили на складах, которые были частью каждого стапеля. Днище марсильяны изрядно обросло бородой из водорослей и бородавками из ракушек. Через три дня, когда подсохли, их счистили железными скребками, опять-таки изготовленными по моему заказу. Гнилых и поломанных досок не обнаружил. Конопатить и смолить будем перед спуском на воду, а пока пусть сохнут.