Поскольку дом не нуждался в срочном ремонте и имел всё, что надо для жизни, включая семь рабов, трех мужчин и четырех женщин, я оставил Радомира присматривать за хозяйством, а сам съездил в Карфаген за Хильдой и Бинди и заодно прикупил всякого барахла, нужного в хозяйстве. Моей молодой жене, выросшей в лесной деревне, шумная городская жизнь была не по нраву. Хильда очень обрадовалась, увидев свое новое жилище, несколько раз обошла его, заглянув в каждый закуток. Ее немного расстроило, что в хлеву и птичнике было мало живности, а конюшня и вовсе пустовала (у ее отца всего этого было больше!), и, самое важное, отсутствовала корова, потому что, как и большинство нынешних германцев, выросла на молоке и продуктах его переработки. Двух молодых раздоенных коров я получил сразу же от своих крестьян в счет еженедельных взносов, а все остальное пообещал достать по возвращению из пиратского рейда. Довольно удачный предыдущий разбудил во мне былой азарт, жажду морских приключений.
60
Мне пришло в голову, что война на море — это война со всеми удобствами. Не то, что в сухопутной армии. Ты в тепле, спишь на мягкой кровати, накормлен вовремя. Только шторма создают немного дискомфорта. Лучше, разве что, быть военным летчиком, но их пока нет. Сейчас летают только с крепостных башен вниз головой и не по своей воле.
Несмотря на то, что ветер был юго-восточный, не совсем попутный, я направил марсильяну к Мальтийскому проливу и дальше, в Ионическое море. Появилась у меня мысль обзавестись боевыми лошадьми. Своих я продал в Фессалониках перед выходом в море. Тогда не знал, где осяду, а возить без дела в трюме или на палубе бедных животных считаю издевательством. Сейчас лучших лошадей выращивают в Персии. Судя по терминам из хеттского языка, именно от моих бывших подданных пришла к персам наука племенного разведения и выездки. В Восточной Римской империи на этом специализируются Вифиния (область в Малой Азии, которая тянется от южного берега Мраморного моря вдоль западного берега Босфора, где находятся пока еще мои имения, до примерно середины южного берега Черного моря, захватывая и часть территории бывшего Хеттского царства) и Македония. На Апеннинском полуострове, как ни странно, коневодство не стало ведущей отраслью. Не помогли даже перевезенные туда мною хетты, ставшие позже этрусками. Может быть, потому, что горная местность не предназначена для конных атак. Римляне предпочитали воевать в пешем строю, а лошадей использовать, как средство передвижения, поэтому сейчас, когда роль кавалерии стала расти, им доставляют отборных жеребцов с Балканского полуострова. Вот я и повел марсильяну к проливу Отранто, через который перевозят грузы между двумя полуостровами. Он шириной всего миль сорок, поэтому даже самые медленные галеры успевают пересечь за световой день, а быстрые либурны — смотаться туда и обратно.