Осада продолжается уже третью неделю. Атилле, видимо, мало полторы тысячи пленников, захваченных после сражения, хочет добавить к ним и засевших в городе. Каждого простого воина римляне выкупают у гуннов за восемь солидов, командиры дороже, цена зависит от ранга. Поскольку атакуем с одной стороны, потому что с остальных трех прикрывает река, нам оказывают достойное сопротивление. Плотность защитников на стенах такова, что иногда стоят в два и даже три ряда. За это время у нас только одно успешное мероприятие — засыпали ров в нескольких местах. В минусе потеря шести башен, пары десятков таранов и большого количества пехотинцев, которых никто не считает. Гунны на штурм не ходят, а сотней германцем больше, сотней меньше — какая разница?! Даже сами германцы утверждают, что их стало слишком много, поэтому постоянно работают над этой проблемой, истребляя друг друга при каждой возможности с присущим их этносу педантизмом.
Я на штурм тоже не хожу и своих людей на убой не отправляю. Мы немного прибарахлились, собрав трофеи после сражения и ограбив окрестные деревни, так что проблем с едой и вином не имеем, а потому проводим время, кому как заблагорассудится. В одной из приречных деревень мы захватили двухвесельную лодку-плоскодонку, которую пригнали к своему лагерю, расположенному севернее города. С этой лодки я почти каждый день ловлю рыбу на спиннинг, изготовленный из подручных материалов. Мой слуга Радомир, подросший и окрепший, сидит на веслах, стараясь удерживать лодку на месте, но все равно потихоньку сплавляемся, а я закидываю самодельную блесну на леске из конского волоса. Весна уже набрала обороты, рыба оклемалась после зимней спячки и начала жадно отъедаться. Брали щука и окунь, иногда довольно приличные.
Как-то раз мы увлеклись и спустились по течению почти до города. Заметил это я слишком поздно, когда нас могли запросто достать из лука. Наорал на Радомира, приказав быстро грести к противоположному берегу, а сам взял в руку кожаный мешок с запасными снастями, легким перекусом и флягой с вином, чтобы использовать его, как щит. К моему удивлению, в нашу сторону ни разу не выстрелили. Не потому, что пожалели нас или стрелы, а потому, что с этой стороны на крепостных стенах никого не было, только собаки облаяли. Точнее, может, и были, но в угловой башни у бойниц, ждали нападения со стороны суши. Вот тогда мне и пришел в голову способ, как захватить Маркианополь.
Аттилу я застал под навесом на помосте, сколоченном рядом с его новым большим шатром, бордовым с желтыми полосами, который раньше принадлежал Арнегисклу, павшему в сражении. Шаньюй пил вино в компании Эдекона, Скота и Эслы. Несмотря на то, что до полудня еще часа два, все четверо нагрузились основательно. От скуки, наверное.