Крепко сжав черное древко, Калиста отпустила поток силы, направив его в артефакт, затем размахнулась, целясь шваброй в магический барьер, не дающий подобраться к Элис. Швабра, скорее всего, разлетится в щепки, зато она сможет помочь подруге, волосы которой уже наполовину побелели.
Глубоко выдохнув, Калиста собиралась метнуть швабру на манер копья, но что-то удержало ее выпад. Обернувшись, ведьма замерла в нерешительности. Темная фигура на миг напугала. Присмотревшись, Калиста ощутила некоторое облегчение: черные глаза, жадно вглядывающиеся в происходящее у источника, были ей хорошо знакомы.
— Азеф! — воскликнула она. — Пусти швабру! Нужно помочь Элис, иначе она сейчас…
— Еще рано, — оборвал ее тот, по-прежнему крепко сжимая швабру.
— Что ты… — Калиста едва не задыхалась от волнения, а Азеф стоял и с каким-то нездоровым удовольствием смотрел на оказавшуюся в ловушке Элис. — Чего ты ждешь?!
— Красиво, правда? — задумчиво проговорил он. — Дочь богини сама становится богиней. Так и должно быть.
— Она не выдержит! — Калиста с силой дернула швабру, но не добилась ровным счетом ничего: рука Азефа не позволила артефакту сдвинуться с места. И с каких это пор худощавый, болезненный Азеф сделался силачом?
— Выдержит, — спокойно возразил он. — Я не мог ошибиться. Она та самая. Ты должна верить мне.
Калисте вспомнилось, как Элис злилась, пытаясь донести до нее, что человек, которого она знала и любила с самого детства, вовсе не тот, за кого она его принимает. Но ведь это Азеф! Мальчик, который терпеливо сносил участь незаконнорожденного сына самого высокопоставленного инквизитора с тем, чтобы хоть немного облегчить жизнь собственной матери. Тот, кто всю жизнь посвятил освобождению ведьм.
Ей ли не знать, сколько ему понадобилось сил, чтобы склонить на свою сторону других инквизиторов, алхимиков Башни. Ему даже пришлось оставить мать, чтобы уехать в Королевскую академию, где днем он постигал науки, а ночью разворачивал другую деятельность…
Сегодня в каждом переулке столицы у него были свои глаза и уши, а среди слуг самых влиятельных домов — надежные люди, готовые рассказать о последних новостях хозяев и их предпочтениях.
Азеф заполучил свою власть, пусть цена у нее оказалась непомерно высокой: на последнем году обучения стало известно, что его мать умерла. Полное истощение без своевременной подпитки. Азеф был раздавлен. И зол.
Калиста никогда не спрашивала его, что случилось с предыдущим Главой. Она и без того знала, вот только обстоятельства его смерти никогда ее не интересовали, потому что старик получил по заслугам. Убить любимую ведьму собственной жадностью — преступление, заслуживающее равноценного наказания. Так она считала.