— Не только. Хватает адептов, добровольно следующих за отступницами, — признался Лион.
— Они знали мое имя! — вспомнила Элис и наградила Лиона новым осуждающим взглядом. — А ты не дал нам поговорить! Он сказал, что меня ищет мама. Понятно, что у меня нет и не может быть мамы, но я все равно хотела его дослушать! А вдруг…
— Что — вдруг? — перебил Лион, не сводя с нее испытующего взгляда. — Вдруг все-таки есть? Тогда, если верить тому типу, она — отступница. И что ты будешь делать? Сбежишь от меня с двумя чернокнижниками, оглушив заклинанием?
— Я бы не стала! — воскликнула Элис. — Я бы никогда не навредила тебе! Я просто хотела… просто… Я совсем запуталась.
Она закрыла лицо руками, и, наклонившись, уткнулась в колени. Лион тут же пожалел о своей резкости. Она не виновата, что все так сложилось. В конце концов она стала на его защиту, и когда он поторопился увести ее с места стычки, не слишком-то противилась, позволив ему поступить по-своему, наплевав на собственное желание остаться и выяснить, о чем втолковывал незнакомец.
— Элис, — тихо окликнул Лион, — пожалуйста, верь мне, — и добавил, сожалея, что не может сейчас сказать ей больше: — Мне жаль, что все так получилось. Я хотел, чтобы этот день стал для тебя особенным, а в итоге заставил переживать. Я все испортил.
Элис распрямилась и открыто взглянула на Лиона. Ее глаза сияли ярче только-только загоравшихся звезд.
— Нет, господин, — проговорила она, и вежливое обращение кошачьими ноготками царапнуло внутренности Лиона. Элис явно давала понять, что их игра в незнакомцев окончена. — Вы подарили мне по-настоящему чудесный день. Спасибо за все.
Своими словами она не только провела черту между ними, но и наспех соорудила небольшую кирпичную стену. А сегодня в планах Лиона не было даже захудалой ширмочки.
— Рад слышать, — Лион поднялся со своего места и, осторожно подсев к Элис, заключил ее в объятия. — Только можно я еще немного побуду просто Лионом? Совсем чуть-чуть.
Глаза Элис удивленно расширились, а губы приоткрылись в беззвучном вздохе. Ее дыхание пахло карамельной сладостью, а цветочный аромат волос сводил с ума. Окутанная едва уловимым шлейфом магии, она притягивала его, словно магнит. И даже если бы ему очень хотелось удержаться от того, что он собрался сделать, вряд ли получилось бы. А ему не хотелось.
— Хорошо, Лион, — шепнула Элис, и ее дыхание на его губах окончательно лишило его контроля.
Наклонившись, Лион накрыл ее губы своими. Элис, опустив ресницы, потянулась к нему, отвечая на поцелуй. Их окутало светом, теплым и ласковым, как руки Элис, зарывшиеся в его волосы.