На том и порешили. Я попрощался с Тимохой и его людьми, которые уже начали собирать свой инструмент (топоры, пилы, рубанки, молотки и гвозди в холщовых сумках), и направился в кузню. У меня было много дел.

Первым делом я зашёл в свой личный сундук, где у меня хранились самые ценные материалы. Серебро я использовал нечасто (в основном для каких-то особо тонких зачарований, где требовалась хорошая проводимость магии), но сейчас был именно такой случай. Мне нужен был новый «Копарь», и нужен он был из серебра. Я извлёк из сундука три серебряных слитка, каждый размером с мои три пальца, и положил их на верстак. Они были холодными на ощупь, и их поверхность тускло блестела в свете масляной лампы. Затем я достал мешочек с яшмами. Камни были мелкими, размером с горошину перца, но необычайно чистыми и ровными, без единой трещинки или вкрапления. Их цвет варьировался от тёмно-зелёного до болотного с коричневыми и красными прожилками. Я выбрал двадцать четыре самых лучших, самых насыщенных по цвету, и разложил их на куске мягкой замши, чтобы не поцарапать. «Копарь Мк. I» же был мной разобран на ресурсы.

Работа над «Копарем Мк. II» заняла у меня всего пол часа. Сначала я, используя свою магию огня и горн, чтобы не занимать печи у которых работали мои подмастерья, разогретый до максимальной температуры, расплавил серебро. Оно плавилось гораздо легче стали, и вскоре в моём тигле уже булькала сияющая, переливающаяся лужица жидкого металла. Затем я, опять же с помощью магии, начал придавать ему форму. Я работал с ним, как скульптор с глиной, магией земли и своей волей заставляя металл течь и принимать нужные очертания вокруг палки из-под бывшей модели.

В результате у меня получился посох. Не просто палка, а именно посох: длиной почти в мой рост, с массивным навершием, в которое я вплавил, прямо в расплавленный металл, двенадцать яшмовых камней, расположив их вокруг трех основных. Остальные двенадцать камней я поместил в рукоять, выложив из них спираль, которая обвивала посох снизу-вверх.

Когда форма была готова и серебро остыло, превратившись в твёрдый, сияющий матовым блеском металл, я приступил к самой важной части: зачарованию. Я взял в руки посох и, закрыв глаза, начал вливать в него свою ману, направляя её в каждый камень, в каждую грань, в каждую молекулу металла. Я работал с яшмой и раньше, но в таком количестве — никогда. Этот камень был известен своей связью со стихией земли, он помогал чувствовать её, понимать её, управлять ею, пускай и не так хорошо, как более ценные минералы, но тут я брал количеством. И сейчас я вкладывал в этот посох всё своё знание о магии земли, всё своё умение, всю свою силу. Я чувствовал, как яшмовые камни начинают вибрировать в такт моему сердцебиению, как они резонируют с моей маной, усиливая её, фокусируя, направляя. Я вплёл в посох чары понимания земли «+16», и это было не просто число. Это было ощущение: я чувствовал, как моя связь со стихией земли становится глубже, как я начинаю понимать её язык, её шёпот, её дыхание.