Когда я наконец открыл глаза, посох светился мягким, изумрудно-коричневым светом, который исходил от каждого яшмового камня. Он был тёплым на ощупь, и, держа его в руках, я чувствовал, как энергия земли течёт сквозь меня, наполняя силой каждую клеточку моего тела.

— Ну здравствуй, «Копарь Мк. II», — прошептал я, и посох, казалось, ответил мне лёгкой, едва уловимой вибрацией.

С этим инструментом я вышел из кузни и направился к месту, где планировал построить новую мастерскую. Я выбрал площадку слева от старой кузни, на расстоянии примерно двух метров. Место было ровное, поросшее редкой, вытоптанной травой, и ничем не занятое. Здесь, под землёй, по моей памяти, не должно было проходить никаких коммуникаций. Идеальное место для строительства.

Я установил «Копарь» вертикально напротив будущего котлована и, положив на него обе руки, начал медленно, но уверенно вливать в него ману. Яшмовые камни на навершии и на рукояти вспыхнули ярким зелёным светом, и я почувствовал, как земля под моими ногами начинает отзываться. Это было не похоже на то, что я делал раньше, с помощью своего предыдущего жезла. Это было тоньше, изящнее, словно я дирижировал оркестром, а не бил молотом по наковальне. Я чувствовал каждый слой почвы, каждый камень, каждый корень, каждый минерал. И я приказал им расступиться.

Земля передо мной начала медленно, словно нехотя, проседать, образовывая идеально ровную, прямоугольную яму. Это был не грубый разлом, не взрыв, а плавное, контролируемое движение. Глина, песок, мелкие камни — всё это поднималось в воздух, словно подхваченное невидимыми руками, и аккуратно укладывалось в отдельные кучи, которые я заранее обозначил вокруг котлована. Я работал с ювелирной точностью, отделяя глину от песка, песок от органики, а органику от камней. Это требовало огромной концентрации и расхода маны, но с новой кольчугой (той самой, которую я создал с запасом маны на ~«+6000», что сейчас было на максимуме) я мог себе это позволить. Мои многочисленные зелья восстановления маны, которые я выпил заранее, готовясь к работе, тоже делали своё дело, хотя я и чувствовал, что они становятся для меня всё менее и менее эффективными: мой резерв маны рос, а сила зелий оставалась прежней.

Котлован углублялся. Метр, полтора, два, два с половиной. На глубине примерно двух с половиной метров я наткнулся на нечто интересное. Сначала я почувствовал это, как изменение в «вкусе» земли: она стала более… солёной. А затем, когда я поднял очередной пласт породы на поверхность, я увидел это. Среди серой глины и бурого песка сверкали белые, полупрозрачные кристаллы. Каменная соль. Целый пласт каменной соли, залегавший здесь, должно быть, тысячелетиями. Кристаллы были разного размера: от крошечных, похожих на сахарную пудру, до массивных крошек с длиной грани в пару миллиметров. В свете дня они искрились и переливались, словно драгоценные камни. Я улыбнулся. Ещё один ценный ресурс, который я добыл совершенно бесплатно, просто копая яму для подвала. Я аккуратно, с помощью магии, отделил соль от остальной породы и собрал её в отдельную, чистую холщовую сумку.