Среди всего этого серебристого царства вальяжно расхаживал петух. Он был крупнее кур почти вдвое, с роскошным, переливающимся на лучах хвостом, который он носил гордо, словно королевскую мантию. Его гребень (ярко-алый, мясистый, с чёткими, ровными зубцами) гордо возвышался над головой, а глаза, маленькие, оранжевые, с чёрной точкой зрачка, смотрели на мир с выражением абсолютного, неколебимого превосходства. Он шагал медленно, размеренно, высоко поднимая ноги, покрытые серебристыми чешуйками, и всем своим видом показывал: кто тут хозяин. Хорошо, что наш Аэрон был достаточно воспитанным и разумным, чтобы не ставить его на место. Время от времени вожак курятника останавливался, расправлял крылья, хлопал ими несколько раз (по двору прокатывался глухой, увесистый звук) и издавал протяжный, звонкий крик, от которого куры на мгновение замирали по первое время, а затем продолжали свою суетливую возню с удвоенным усердием.
— Ладно, ты действительно красавец, — пробормотал я себе под нос, провожая петуха взглядом.
Тот, словно услышав мои слова, повернул голову в мою сторону, уставился на меня одним глазом (холодным, оценивающим) и, потеряв ко мне всякий интерес, отвернулся и гордо прошествовал дальше, к корытцу с водой.
И вот, наконец, со стороны дома раздался звонкий, радостный крик Ани. Я обернулся и увидел, как она выходит из дверей в полном походном обмундировании: кожаный доспех, аккуратно затянутый ремнями, плотные штаны, заправленные в высокие сапоги на толстой подошве, заплечный мешок, колчан с моими бронзовыми стрелами за спиной и лук Тараса в налучье через плечо. Она вышла с Сергеем, и они ждали меня: пора было выдвигаться и идти в лес по синие грибы, да остальные ингредиенты лесные сокровища…
Примерный внешний вид куриц породы: серебристые леггорны.
Глава 3 Кровь богов
Мы выдвинулись в лес. Аня, уже снаряжённая, с луком за спиной и небольшим заплечным мешком, моток бечёвки и несколько холщовых мешочков для сбора, стояла у калитки и нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, пока я подошел к ним. Сергей, как всегда, был подчёркнуто спокоен: он проверил свой нож (острый, как бритва благодаря моей метке), поправил перевязь и закинул на плечо небольшой, но вместительный рюкзак. Я же, помимо «Клинка Агнбера», который привычно висел на поясе в «простых», но надёжных ножнах из дублёной кожи, прихватил с собой бронзовый посох земли «Копарь», своё первое по-настоящему серьёзное артефактное орудие для работы с землёй и камнем. Он был тяжеловат для обычного мальчика, основателен, с навершием отлитого из бронзы с тремя большими яшмами, и я чувствовал его вес как приятную, успокаивающую груз в правой руке.