не двукратный перевес в числе. Немногим дольше продержались только матерые ветераны. Их поджимали красно-зелеными щитами с другой стороны, и все же они упрямо пытались дотянуться до меня. Но Олег не дремал — как и обещал. Его сабля пела в воздухе, и ни один меч не коснулся даже моих доспехов. Через несколько минут все закончилось. Невысокий воин в блестящем шлеме со стальной сеткой, что шагал в первых рядах с черно-красным щитом Фолькьерка (и откуда взялся?), опустил топор на чью-то голову — и сражаться стало больше не с кем. — Славная драка! — раздался чей-то голос. — Хвала богам, ты успел вовремя… мой ярл. Последние слова явно дались говорящему с трудом — и все же были произнесены. Я узнал его, как только он стащил с головы шлем. Когда-то на Барекстаде было аж трое таких же рыжих — но моими стараниями остался только один. — Это правда? — Вагни Ульфриксон шагнул ко мне, убирая меч в ножны. — Старик Тормунд отправился к Всеотцу? Теперь наш ярл — ты? — Так сказали Атли из Хеде, Асгейр из Хавердала, — ответил я, — и Гудред Беспалый из Арефьорда. Я поведу войско против Черного Копья. — Проклятье, — Вагни протяжно вздохнул. — Я уж думал, боги лишили Беспалого разума, если его люди болтают такое. — И все же ты послушал его. — Я нагнулся и вытер с клинка кровь одеждой одного из убитых. — И привел свой хирд. — И тех, кто пришел из Хавердала. — Вагни кивнул в сторону кучки воинов, что стояли отдельно. — Если уж ты собираешь войско… — Прими мою благодарность, сын Ульфрика. — Я склонил голову. — Твои братья не были мне друзьями, но ты откликнулся на мой зов. Мы победим, и когда настанет время делить богатства Черного Копья — конунг не забудет тебя, как не забуду и я. — Оставь слова благодарности достойным, ярл. — Даже в утреннем полумраке я увидел, как младший Ульфриксон густо покраснел. — Я не поверил хитрецу-Беспалому. Если бы не она, мои люди остались бы дома. — Она?.. Невысокий воин — тот самый, что закончил бой ударом топора — стащил с головы шлем, и по наплечникам брони раскидались светлые косы. — Айна Рауддоттир сказала, что если воины Эльгода не придут на зов ярла Антора, — Вагни невесело ухмыльнулся, — она поколотит каждого и окунет в снег. В ответ раздался нестройный смех. Похоже, дева-воительница неплохо приложила хирдманнов и в Эльгоде, и в Хавердале. Возможно, кому-то даже досталось и кулаком — драться Айна умела ничуть не хуже мужчин. И командовать, кажется, тоже. — Тогда я должен благодарить тебя, дочь Рауда. — Я шагнул к Айне и склонил голову. — Твой