змеиной шее. И, размахнувшись, опустил «Гадюку» на голову Серого Медведя. А дальше все понеслось вскачь. Так быстро, будто примерно половина из присутствующих за столом разом изучила «Шаг по грани миров». Десятки мечей и кинжалов блеснули одновременно — и синхронно упали, выкашивая хускарлов конунга и моих воинов — всех, кому нашлось место на пиру. Ошкуй коротко вскрикнул и упал лицом в тарелку. Ингвар ненадолго пережил друга — меч Вагни Ульфриксона рассек колдуна чуть ли не до середины груди. Сакс успел вскочить на ноги, но тут же рухнул обратно — в него вонзились три кинжала одновременно. И один из них принадлежал Асгейру. Тэн Хавердала хищно улыбнулся мне в лицо и с мстительным удовольствием провернул короткий клинок в ране, заставив умирающего закричать, выплевывая кровь прямо на стол. — Отец!!! — заорал Рагнар, с грохотом опрокидывая стул. — Измена! К оружию!!! Но звать на помощь было уже некого. Невесть откуда выскочившие топы «Волков» тут же скрутили ярла, а сам я едва успел увернуться от брошенного прямо мне в грудь копья. Выскользнув из-за стола под магическим ускорением, я поднырнул под чей-то меч и помчался к Хроки. Он должен был уцелеть! Вигдис лежала на полу с неестественно вывернутой шеей, а мой друг закрывал ее своим телом — словно все еще пытался спасти от неизбежного. В его широкой спине торчали несколько кинжалов, и праздничная белая рубаха уже успела окраситься кровью. С такими ранами не прожить и секунды — если только у тебя на пальце нет кольца Эйр. Если я успею, если вытащу клинки… Но меня уже ждали. Олег поднялся со своего места — словно мгновенно перетек из-за стола в свою фирменную стойку — вполоборота, нацелив острие сабли прямо мне в грудь. — Сдохни! — рявкнул я, поднимая «Звезду». Ну не мог же он, в самом-то деле, двигаться быстрее меня, скользящего по кромке миров на запредельной скорости! Мог. Я даже не успел увидеть, как он взмахнул саблей, а «Звезда Сааведры» уже летела в сторону. Вместе с половиной моей руки. Игровые фильтры отрабатывали, как положено, но мозг отказывался верить, что такая рана может не причинять боли. Я заорал, зажимая пальцами уцелевшей конечности плюющийся кровью обрубок. А Олег ухмыльнулся и снова поднял саблю — на этот раз уже не торопясь. Ну уж нет! Может, мне и нечем больше драться, но я не собираюсь стоять и ждать, пока меня зарежут, как барана на скотобойне! Стиснув зубы, я снова включил ускорение и, спалив остатки духа, рванул наружу сквозь толстые бревна Длинного дома — прямо как тогда прошел через