— Теперь я — оборотень? — еле выдавил я. А может, я и не сказал этого вслух, но…

— Нет, — глаза Иксении хитро блеснули. — Ты — потомок первородного. На тебя не влияет Глаз Ночи, и ты можешь стать Древним тогда, когда пожелаешь. Ты не теряешь разум, становясь им. Всё в твоих руках… Волк.

Мои мысли рванули вскачь.

Вот, значит, что произошло на стадионе! Вот почему меня так колбасило! Скорее всего, на вторую ночь новолуния Древний стал рваться наружу.

Стоп. Почему? Ведь Иксения только что сказала, что я не должен терять разум…

А я его и не терял. Блин, да ведь это организм или инстинкты Древнего сработали, вовремя начав трансформацию! Значит, встреча явно должна была окончиться не в мою пользу… Вот о чём предупреждал амулет!

Так вот откуда отличное зрение в темноте! А когда я начал превращаться в Зверя — именно тогда фальшивый Юрка и начал стрельбу! Он первым делом разрядил пистолеты в сопровождавшего меня бойца — очень умно, потому что на меня выстрелы не оказали бы нужного эффекта, а боец из автомата положил бы его на раз, потом потянулся за пистолетом с серебром — но не успел.

А «куратор» спокойно плюнул на доппеля и уволок Соколова через пробой, чтобы не рисковать.

А куртка? Почему прострелена куртка, а свитер — нет?

Блин, да она же с колдовским усилением! И если учесть, что я очнулся не голым в ворохе разодранной одежды — выходит… выходит, что одежда трансформировалась вместе со мной. Куртка, видимо, сделала это с задержкой из-за наложенного на неё заклятия, а вот когда я повалил доппельгангера — я был уже волком…

И порвал его, как Тузик грелку. И раны затянулись моментально.

По тому, как улыбается Иксения, я понимал, что рассуждаю верно. А серебро…

— А серебро для тебя так же опасно, как для обычного человека — обычная пуля, — сказала девушка всё так же тихо. — Но ты и сам знаешь это.

Да… знаю. С инструктажей. Да и сам помню, как тот, первый волк, быстро умер от ран, получив серебряную пулю.

Стоп. Всё равно что-то не сходится. Почему заразу оборотня не увидел по моей ауре ни один патруль? Да тот же Соколов почему сходу не увидел, он же видит необычные свойства аур?

— Сергей, — медленно и с расстановкой, как слабоумному, сказала Иксения. — Послушай ещё раз: Древний — совсем не обычный оборотень. Его не видно по тому, что вы называете аурой, если он сам этого не захочет. Его не увидит даже тот прибор, которым ты увидел меня. Если. Он. Не. Захочет.

У меня в голове был полный сумбур.

Выходит, я получил ещё одну силу, причём даже не колдовскую… и нажил очередной геморрой, проще говоря — головную боль. Если то, что я сейчас узнал, дойдёт до Каращука — по гроб жизни не выпутаюсь. А если дойдёт до Колледжа…