— Тьфу ты… Да чего там глядеть-то? Одни коробки да ящики.
— Вот их и буду. Велено всё проверять. Так что давай проезжай, глуши мотор да открывай.
Мы с шефом молча переглянулись и осторожно заковыляли на корточках к заднему борту. Не то, чтобы я всерьез рассчитывал избежать досмотра и просочиться в здание без ведома охраны, но надежда всегда умирает последний.
И, судя по уверенному стуку сапог по асфальту, жить ей осталось всего ничего.
Кто-то решил не дожидаться, пока Петропавловский выберется из кабины, и поспешил заглянуть в темное нутро грузовика. Подцепил край тента штыком и уже собирался было отбросить забросить его наверх, но так и и не успел. Я ухватил винтовку за цевье и дернул с такой силой, что борт едва не согнулся от удара. Бедняга-караульный охнул и обмяк, но оружие так и не выпустил, так что мне пришлось затащить его внутрь и там для верности еще несколько раз огреть по голове рукоятью «браунинга».
— На выход! — рявкнул я. — Хватай их!
Командовать, в общем, было уже ни к чему: все и так сообразили, что надо успокоить караульных, пока они не подняли шум или не взялись за винтовки. Когда я махнул через борт грузовика наружу, шеф уже бережно опускал на асфальт бесчувственное тело. Опередил меня — несмотря на сотни лет физического возраста, при желании он умел двигаться почти молниеносно.
Я молча хлопнул его по плечу и рванул вдоль грузовика под арку, чтобы поскорее разобраться с последним, третьим караульным. Но тот уже сползал по стене, с хрипом зажимая горло окровавленными пальцами.
— Простите, судари. — Петропавловский отступил на шаг и поморщился, вытирая кинжал об куртку. — Но что мне еще было делать?
Вероятно, нечего. Успей хоть кто-то у ворот выстрелить, и внутри нас бы встречали во всеоружии. Но пока, к счастью, удалось обойтись без лишнего шума. Ни у штаба Гвардейского корпуса, ни за поворотом на Миллионную никого не оказалось, и через несколько мгновений весь «десант» уже выбрался из грузовика и теперь лязгал затворами, готовясь двигаться дальше.
— Закройте ворота. Вы трое оставайтесь здесь и следите за площадью, — скомандовал я, на ходу доставая из кармана второй «браунинг». — Остальные — за мной.
Дверь открылась, не скрипнув петлями. Почти бесшумно, будто зачем-то решила немного подыграть старому знакомому. Но сразу за ней меня ждал куда менее приятный сюрприз: один из бывших сослуживцев, титулярный советник из тайного сыска. Не то, чтобы мы были так уж хорошо знакомы, однако лицо он мое явно узнал. И, увидев перед собой восставшего из могилы покойника, тут же уронил челюсть на грудь, вытаращился и, попятившись, полез рукой куда-то к поясу — видимо, за револьвером.