«Ну чего ты так на меня смотришь, а?» — подумал Илья, но и сам уже не мог оторвать взгляда, разглядев, наконец, тот самый сгусток силы, на который сюда зашел.

— Химера? — спросил он, не надеясь на ответ.

Но слово оказалось волшебным, и вскоре Илью освободили от злющего охранника и довели до лифта, затем до номера. Обработали руку, дали воды, уложили спать, а он все никак не мог успокоиться и просил, чтобы ему не дали свалиться к кострам междумирья. И химера не отпускал его руку и терпеливо отвечал: «Не дам» или «Никаких костров в мою смену», и благодаря этому Илья сумел-таки расслабиться и уснул.

Утром все волшебным образом наладилось: мир мерцать перестал, проклятие затаилось. Новообретенные друзья попытались для приличия выяснить, кто он и где его родители, чтобы с ними связаться. Но у Ильи в карманах нашлись документы, которые он успел спереть у барыги перед тем, как туда телепортировался Николас Тернер, и согласно им Илья был совершеннолетним, потому что пока его носило по вероятностям и Авекше, здесь прошло целых два года. Конечно, ему не до конца поверили, особенно химера Арсений, однако прогонять не стали и даже организовали билет вместе со всеми на рок-фест.

Он довольно легко влился в их компанию, потому что Наташа, Ромка и Алекс мало отличались от своих двойников в череде вероятностей. С химерой Арсением оказалось куда сложнее — этот был куда умнее и осторожнее остальных, даже пытался гуглить Илью среди пропавших детей, не собираясь так быстро сдаваться. Конечно, через обычные службы родители искать Илью не стали бы, но он на всякий случай, чтобы отвлечь Арсения и порадовать остальных, разыскал не успевшую здесь подсесть на наркотики Леру, подключив ее к продвижению группы за информацию, почерпнутую им в других мирах.

И все равно опасался, что счастливые дни скоро закончатся. Во все глаза следил за химерой, мечтая влезть тому в голову, но сильно ошибся в своих подозрениях. Следить следовало за Алексом, потому что это он влез в неприятности по самые уши, утащив вслед за собой и группу, и Леру, и, конечно же, Илью. И ведь стоило догадаться! Ну кто в других вероятностях обычно вляпывался в неприятности, не считая самого Ильи — его, пожалуй, в этом деле фиг переплюнешь. Правильно, Алекс. Впрочем, Алекса могли убить одного, не трогая остальных, но Арсений начал догадываться о проблемах друга, и Илья, чтобы заслужить благосклонность химеры, принялся тому помогать и допомогался.

Словить пулю, предназначенную химере, — ничего не сделать, потому в тот день Илья окровавленными пальцами достал гайтан с амулетом и произнес заветное: