Путь до новой части города преодолеваю за несколько минут и на заполненной машинами парковке с трудом нахожу место для Гелендвагена. Глушу мотор. Выхожу на улицу. Летними вечерами во дворе элитной многоэтажки скорее всего полно любителей дышать свежим воздухом, но сейчас тихо и пусто. Я легко нахожу взглядом окна квартиры Князевых, по теплому желтому свету. Так светятся окна, в которых кто-то кого-то ждет. Обычно подобное вселяет в меня тоску, но сейчас во мне хрупкая, граничащая с отчаянием, надежда — совсем крошечная. Но когда, миновав лифт, я оказываюсь у дверей знакомой квартиры, она отчего-то крепнет.

— Алина? — на мгновение удивляется Елисей, увидев меня на пороге, и я понимаю, что о визите стоило предупредить заранее. Но хозяин квартиры отходит в сторону, освобождая мне проход. — Привет, проходи.

Кажется, в мире не существует событий, к которым Князев не готов — слишком хорошо он умеет просчитывать всё заранее. Он невозмутимо шагает на кухню и мне ничего не остается, кроме как идти следом.

— Мальвина! — из детской выглядывает Савелий. Он тоже не выглядит пораженным. Словно всё это время только и ждал меня, чтобы похвастаться, мальчишка заявляет: — Я почти собрал дом человека-паука!

Приходится остановиться, чтобы потрепать Савку по голове и похвалить за обеспечение Питера Паркера жильем. У Костиного сына находится масса новостей, которые он несмолкаемой пулеметной очередью сообщает в следующие несколько минут: о друзьях, коте, Шуше и новом велосипеде. Я предпочла бы послушать про Костю, но Семенов, очевидно, давно здесь не появлялся.

— А где Аниса? — спрашиваю, когда поток новостей заканчивается, и я вхожу на кухню, оставив Савелия достраивать дом.

Аромат томатов и базилика вырвался за пределы вытяжки и плывет белым душистым облаком. В детском стульчике у стола Вера сосредоточенно откручивает голову кукле. Определенно, характером девочка пошла в мать.

— В ветклинике. С Артасом. — Елисей помешивает булькающий соус. — Обещала приехать к ужину.

— Что-то серьезное? — интересуюсь я из вежливости, а Князев отмахивается:

— Плановые анализы.

Плановые анализы кота — нечто за пределами понимания. Пытаюсь вспомнить, когда сама была у врача. Кажется, на рабочей медкомиссии, которую сотрудники следственного комитета прошли за пять минут, чтобы умчаться готовить дела к концу месяца. То, что Анисы нет — хорошо. Не уверена, что сумела бы в ее присутствии без стеснения задать Князеву свои вопросы. Пока я пытаюсь их правильно сформулировать, он спрашивает сам:

— Как он?

Нет нужды уточнять о ком речь. Елисей беспокоится искренне. Это показалось бы необычным, не успей я узнать его за недолгое время нашего знакомства. Для Князева не странно не только дружить с бывшим своей жены, но и своеобразно о нем заботиться. Поэтому я честно характеризую ситуацию: