— Можно? — На пороге женщина в стильных очках и свободном свитере, под которым угадывается офисный дресс-код. — Я Анфиса, руководитель пиар-службы. Олег Евгеньевич сказал, вам нужна помощь.

Она улыбается открыто, дружелюбно, и эта улыбка почти не раздражает. Почти. Так же, как и тонко граничащая с контролем помощь Олега.

— Проходите. — Я отодвигаю отчеты, освобождая место на столе. — У меня нет соцсетей. Совсем. В следствии это было не нужно, а теперь… Олег говорит, что я должна стать более публичной.

— Без соцсетей сейчас никуда. Лицо компании должно быть узнаваемым, — легко соглашается Анфиса, но тут же осекается, поняв двойной смысл собственных слов — лицо ведь фактически не изменилось, изменился только человек. Но спустя секунду она тараторит, как ни в чем ни бывало: — Создадим страницу, подберем фото, настроим аудиторию. Это не сложно, но требует времени.

Киваю, хотя от осознания, что теперь моя жизнь будет выставлена на всеобщее обозрение, хочется скривиться. Я не привыкла жить напоказ, а теперь придется. Фото, посты, комментарии. Буду улыбаться в объектив, и делать счастливый вид. Так когда-то умела Рина, а мне предстоит научится. Оказывается, за ярким и красивым фасадом ее счастья тоже было полно сомнений.

Анфиса щелкает клавишами, что-то объясняя про таргетинг и охваты, но я слушаю вполуха. Голова гудит, а странное ощущение, что в кабинете слишком душно, не проходит.

— Анфис, — перебиваю я её монолог про визуальное оформление. — Скажите, а почему два года назад Арине не помогли с пиаром нового отеля, и она искала специалиста на стороне?

Пальцы пиарщицы перестают стучать по клавиатуре.

— Ей предлагали, — осторожно отвечает она — подбирает слова. — Но Арина Владимировна сказала, что уже нашла специалиста. Кого-то местного, очень крутого. Сама попросила нас не вмешиваться.

— Как именно нашла? Кто его порекомендовал?

Анфиса пожимает плечами, и в этом жесте проскальзывает что-то виноватое.

— Не знаю. Она не говорила. Сказала только, что ей его посоветовали. Я думала, вы знаете.

Не знаю. И это — основная дыра в деле о гибели моей сестры. Ответ на этот вопрос она унесла с собой в могилу, и знают его теперь лишь Тихомиров и тот, кто отправил Рину в лапы к убийце. Это не могло быть случайностью. Семенов понял первым, а потом и Валя косвенно признался в том, что у убийства был не только исполнитель, но и организатор. Кто?

— Ладно, — говорю, возвращаясь к монитору. — Давайте закончим со страницей.

Анфиса смотрит на меня с сомнением, но продолжает. Еще полчаса мы выбираем фото, настраиваем приватность, придумываем короткое описание. Когда она уходит, я снова остаюсь наедине с отчетами, вопросами и звоном в ушах.