— А вот это и есть загадка. Столетий, даже тысячелетий… Не знаю. Просто отмечаю факт: были использованы икс-симпатические чернила.
— Но почему тогда их не видно на обыкновенных копиях? Фотопластинка должна была зафиксировать как обычный рисунок, так и рисунок с икс-чернилами. Хотя… Да, понимаю, обычный рисунок маскирует рисунок скрытый. Дополнительные детали маскируют детали истинные, — заключил англичанин.
— Вполне возможно. И теперь есть смысл снова разложить карту нашего уезда, даже всей губернии, и посмотреть. Но это может подождать. Сейчас есть более срочное дело, дело, ради которого я вас и позвал приехать в Рамонь.
— Возвращение девяносто пятого года, — не вопрошающе, а утвердительно сказал Арехин-старший.
— Надеюсь, что нет, — ответил принц. — Но должен убедиться.
— Имеются признаки присутствия… — Арехин-старший запнулся, подбирая слово.
— Метаморфов? — подсказал принц. — Очевидных — никаких. Смерть Пахомова, нашего сторожа, на счёт метаморфов не отнесёшь — уж они не оставили бы тело нетронутым. Скотина? Да, пропадают овцы, козы, изредка коровы, но они всегда пропадают. И если медведи в наших краях повывелись, то волки встречаются, а двуногих воров год от года всё больше. Но эти двуногие — обыкновенные люди. Оснований для тревог нет. Но последние недели люди видят по уезду странное. Рыщет кто-то. Не волк, не человек, а что-то вроде бабуина.
— Ваши жители… Они прежде бабуинов видели? — спросил Конан-Дойль.
— Нет. Жители говорят «собачий чёрт». По описанию — похож на бабуина. Нужно признать, описания не точные. Ночь, темно, страшно. То он размером с взрослого человека, то с ребёнка, а иногда их двое, трое, не поймёшь сколько.
— Не стоит забывать, что народ у нас такой… Веселие на Руси — чертей разглядывать.
— Я разговариваю с людьми трезвого поведения, — сухо сказал принц.
— Не сомневаюсь, но эти люди передавали чужие слова, или видели собственными глазами?
— Видели двое. Собственными глазами. Один в деревне Грязное, другой — житель хутора Сорокино. И еще семеро передают с чужих слов, слов своих жен и детей, которым они доверяют.
— И много бед натворили эти бабуины?
— Забирались в курятники и пожирали кур. Одну-две съедят, остальных загубят.
— Этим обычно лисы грешат. Однако лису принять за бабуина трудно, — признал Егоров.
— Вот и я так думаю, — сказал принц.
— Но… Грязное, Сорокино, овраги… Тут большую облаву нужно.
— С лисами и волками селяне справятся и без нас. А метаморф привязан к месту. И если он — или они — остатки гнезда девяносто пятого года, то где их искать, известно — на кордоне Зверинец. И время, когда искать, известно — в полнолуние.