— Прошу-с, господа?
Проводил за свободный стол, аккурат около окна, подал меню.
— Прошу прощения, господа, из того, что в меню, почти ничего нет-с. Война-с, — виновато улыбнулся официант.
— Зачем тогда принёс? — Роман Васильевич отложил картонную книжицу. — А что есть?
— Не угодно-с супчик рыбный-с и гречка с грибами-с.
Голицын посмотрел на Воронцова.
— Есть охота, выбирать не приходится, — пожал плечами тот.
— Неси, — приказал поручик. — Из вин что?
— Виноват-с, ваше сиятельство. Только водка-с.
Роман Васильевич снова взглянул на гостя из будущего. Тот кивнул. Но напиваться ни к чему.
— Косушку.(30)
* * *
30)Косушка — единица измерения объёма жидкости в Российской империи. Использовалась для измерения количества вино-водочных напитков. Равнялась 1/40 ведра или примерно 0,31 литра (прим. автора ).
— Будет исполнено-с, — официант поклонился и быстро отошёл.
Антон угрюмо молчит. Скорее всего, боится один ехать. Н-да, там, в другой эпохе люди уже и думают по-другому. Никакого понятия о чести, патриотизме. Как он хотя бы о женщинах отзывается! Тёлки! Если будет так в столице выражаться, запросто может на дуэль нарваться. В Черновцах вот нарвался. Стоп, стоп! Какая дуэль? В столицах чёрте что творится. На улицах куча вооружённого народа, полицию ликвидировали. Роману на миг стало страшно за маму и сестру. Хоть женщины в семье Голицыных владеют фамильной боевой системой, но против толпы не попрёшь.
Официант принёс графин водки, рюмки, солёные огурчики. Когда тот всё расставил и собрался уходить, Роман Васильевич его остановил.
— Любезный, будь добр, как подадут состав на Петроград, сообщи, — и положил на стол серебряный полтинник.
Парень ловко сгрёб монету.
— Не извольте беспокоиться, ваше сиятельство, — и моментально испарился.
Ни с того, ни с сего возникло ощущение чужого, изучающего, взгляда. Голицын как бы невзначай осмотрелся. Группа с красными бантами всё также беседует. Господин с бакенбардами неприязненно поглядывает на поручика.
Нет. Не то.
У противоположной стены тучный господин в клетчатом пиджаке. Господина не сразу заметно. Скрывают колонны. Роман Васильевич отвернулся. Когда через пару секунд посмотрел на то место, тучный господин исчез.
Мистика. Голицын разлил по полрюмочки.
— Давай, — в полголоса проговорил поручик, — за мой отпуск и твою комиссацию.
Антон угрюмо кивнул и взял рюмку. Роман Васильевич приподнял свою, отсалютовав. Гость из будущего улыбнулся и повторил жест. Водка оказалась, мягко говоря, так себе.
— Хороша! — передёрнулся Воронцов.
— Ну вы даёте граф. Дрянь полная. До войны гораздо лучше была. Даже в этом заведении.