Еще он помнил юбилей бабушки Марии. Она сидела за праздничным столом, а родители вместе с детьми поздравляли, благодарили за все, что она сделала для них, поднесли ей рюмку с водкой двумя руками и поклонились, для чего на полу постелили маленький коврик. Тетка, мать Ивана и мать Алекса плакали. Странные люди, такой праздник устроили, чтобы плакать? Свадьбу своих родителей он не мог помнить, но много раз слышал, как бабушка удивлялась своей новой родне: бесцеремонные землепашцы из корейского колхоза «Политотдел» заняли все места на свадьбе. Сваха оплатила за пятьдесят гостей, а приехали сто пятьдесят.

Свою бабушку со стороны матери Алекс не видел, она работала где-то за Хабаровском, делала пегодя и корейские салаты на продажу, деда тоже не имел счастья знать.

Холодный душ оторвал Алекса от сна и воспоминаний. Вспышка мгновенной радости охватила его: вечером занятия по корейскому языку, он увидит Лин. На свежую голову надо повторить алфавит и обязательные фразы с прошлого урока. Вытерся насухо, натянул спортивную одежду и поклонился своему отражению в зеркале, разыгрывая короткую сценку:

– Аньон.

– Аньон хасеё[46] .

Затем приготовил себе кофе и сел за стол. С недавних пор Алекс взял на вооружение бабушкину методику «для одаренных»: записывал в блокнот предложения на русском, переводил их на корейский и переписывал до тех пор, пока пальцы автоматически не начинали выводить нужные иероглифы. Сейчас он занимался так, как в августе, когда готовился к выпускным экзаменам, провалив их в июне. Активировал все навыки: слушал, говорил, читал и писал. Оказалось, что хангыль, который являлся основой корейского языка, логичен и прост. Базовые и полезные фразы он выучил с учительницей на уроках, в свободное время смотрел дорамы и включал субтитры на корейском, одновременно заучивая слова и фразы.

Недавно размышлял про сериал, над которым плакала бабушка Мария. Алекс не понял, отчего она плакала. Серые домики на острове Чеджу, девочка из семьи, где отец пьяница, а мать ныряет в море, чтобы добыть жемчуг. Отец хоть и пьет, но не убегает из дома, сидит с детьми. Мать много работает, но так и мама Алекса работала не меньше. Крикливые женщины, мужчины, которые требуют от них полного подчинения. Один момент показался ему прикольным: парни отворачивались от старших, закрывали ладонью рюмку, чтобы выпить спиртное. Причем это показывали так назойливо, что можно вполне поверить. Тогда почему у них дома молодые пили алкоголь открыто, не прятались? Значит, они не настоящие корейцы? Все моменты казались ему чужими, ничто не отозвалось. Кстати, рамена в том фильме не было и в помине, ели только кальмаров. Культура, абсолютно непохожая на его собственную, не тронула его совсем. В фильме много кричали, шумели, дрались, а бабушка плакала. Он не посмел спросить у нее о причине слез, подумал, что старость играет с ней.