С Кириллом осталась Лара. Ролью «няньки» она была крайне недовольна, однако перечить командиру не посмела — прошипела сквозь зубы: «Есть». А досада досталась Кириллу. Сегодня он все делал не так. Плелся как черепаха, топал как медведь, сопел как бегемот. Он, похоже, и родился-то исключительно для того, чтобы Лара мучилась! Сиди вот с ним теперь, сопли подтирай. Весь отряд — на берегу, на случай, если что-то пойдет не по плану и кто-то из Диких уцелеет, — а она здесь торчит. А ведь мало ли, что случиться может! И кто, спрашивается, будет с раненым возиться — Сталкер, что ли?

Кирилл с обиженной девушкой благоразумно не спорил, хотя мог бы найти массу аргументов. Например, что черепаха — одно из самых быстрых морских животных. Что медведи, при всем своем весе, передвигаются тихо — в отличие, к примеру, от буйволов. И что бегемоты из-за специфического строения носоглотки сопеть не умеют. Но он хорошо понимал, что, во-первых, любая реплика — неважно, справедливая или нет, — вызовет десяток новых упреков, а во-вторых, было чем заняться. Прибор ночного видения, доработанный бункерными умельцами, при должных настройках мог давать десятикратное увеличение, и Кирилл пытался разобраться с настройками. Он и Лара устроились у оконного проема — дружно навалившись, придвинули к окну тяжеленный стол.

Помещение было пустым. Все, что в свое время не испортила вода, из него давным-давно вынесли — кроме огромного стола со странно высокими бортами. Кирилл предположил, что до того, как все случилось, здесь жила большая дружная семья, а к бортам прилагалась хитроумная столешница.

Не угадал — до того, как все случилось, в коттедже обитал отошедший от дел бизнесмен. Семья его обосновалась за границей, а бизнесмен заграницу не любил. Он любил бильярд.

Стол оказался чересчур большим для того, чтобы пролезть в дверь. Как именно его ухитрились когда-то сюда внести, сейчас уже не у кого было спросить. Распиливать странную мебель на дрова аборигены, очевидно, поленились и бросили неудобную громадину тут.

— И не видать отсюда ни фига, — продолжала ворчать Лара, взгромоздившись на стол. — Вот мало ли, что будет! А мы даже не разглядим.

— Разглядим, — пообещал Кирилл, — смотри на здоровье. — И протянул ворчливой «няньке» настроенный прибор.

Лара недоверчиво поднесла окуляры к глазам.

— … ! — вырвалось у нее. — Надо же! Не хуже, чем в командирский видать. А наши — нормально так спрятались. Если не знаешь, куда смотреть, в жизни не догадаешься.

Кирилл хотел пожаловаться, что он, даже зная, куда смотреть, никого из отряда не видит, но тут Лара тихо охнула.