Признание далось нелегко. Вспоминать себя тогдашнего, свою надменную снисходительность к «варварам» было отвратительно. Но он вдруг понял, что рано или поздно должен был это сказать.
Лара молчала, пристально глядя.
— А сейчас что?
— Сейчас — все по-другому. — Кирилл тяжело выдохнул. — Сейчас я с открытыми глазами хожу. И, когда домой вернусь, — поверь, много чего выскажу! Всем, кто мне про вас ерунду плел… Но только, пойми. — Он придвинулся к Ларе. Взял за руку и заглянул в глаза. — Мы это уже сделали. Ребята уже погибли, их не вернешь! И у нас остается только надежда, понимаешь? Надежда на то, что они погибли не напрасно! Что теория Бориса верна. Что у тебя, у Олеси, у всех девчонок когда-нибудь свои дети появятся.
Лара попробовала выдернуть руку.
— Пусти! Нужны мы вам больно. Только и сдались — под солнце выпихивать. Сперва, небось, своих лечить будете, а до нас — когда еще очередь дойдет… Если вообще не врешь.
— Лара, — еще крепче сжимая ее ладонь и сглатывая — перехватило горло — позвал Кирилл. — Я тебя когда-нибудь обманывал?
— Ты — нет. Только ты в Бункере не один. Сам сказал, что щенком слепым вырастили… Вернешься — как звать нас всех забудешь.
— Неправда. — Кирилл положил другую руку Ларе на плечо. Заглянул в глаза. — Сама знаешь, что неправда. Никого не забуду.
Лара вдруг шмыгнула носом. Напряженная ладошка в руке у Кирилла обмякла.
— Обманешь, — забираясь к нему на колени и дергая за волосы, пробормотала она, — пристрелю! Вот где угодно найду — и пристрелю! Так и знай. — Прижалась щекой к его плечу.
Кирилл не смог ответить. Только обнял Лару — крепко-крепко.
Глава 31 Казань — Владимир (-657 км)
Причалив в Казани, пароход долго разгружался. Бойцы в это время затаились под навесом и на палубе не показывались. Капитан, мало что понявший из объяснений Рэда, но привыкший другу доверять, пообещал, что о присутствии отряда на «Авроре» ни одна живая душа не узнает. Команде было решительно объявлено, что для того из них, кто, сойдя с парохода, «хоть слово брякнет», нынешний рейс станет последним и закончится прямо здесь. Во избежание соблазнов, немедленно после погрузки экипаж вернулся на пароход — хотя обычно свободной вахте разрешалось дневать в городе. Удивленным встречающим объяснили, что «Аврора» нуждается в ремонте и для убедительности затеяли возню возле моторного отсека.
Ранним вечером с парохода спустили ялик. Тихо, без всплесков, погружая весла в красную от заката воду, отряд перебрался через реку.
До поселка Диких дошли быстро. Рассредоточились вдоль улицы, договорившись, что привередничать не станут — схватят первого, кто покажется. Первых оказалось двое: мужчина лет тридцати и парень чуть постарше них. Пара несла в руках сеть и весла — Дикие собрались на рыбалку.