Кирилл при виде ран болезненно вскрикнул.

— Не ори! Салфетки достань и фляжку со спиртом. Салфетку намочи как следует. — Рэд осторожно вытащил из-под Лары окровавленный лоскут.

Кирилл честно пытался быть полезным. Но оказалось вдруг, что у него ужасно дрожат руки. Ходят ходуном так, что пробку от фляжки едва сумел открутить.

Рэд покосился с неожиданным сочувствием.

— Спирта хлебни маленько, — посоветовал он. — Выдохни — и глотни, не вдыхая. А то еще сам завалишься.

Кирилл послушно выдохнул. Дрожащей рукой прижал горлышко фляжки ко рту и сделал глоток.

Его обожгло, кажется, до самых пяток. Напиток, попробованный на пароходе, назывался самогоном. Сравнив его с тем, что было в Лариной фляжке, даже Любовь Леонидовна согласилась бы внести самогон в перечень продуктов, которые без колебаний можно давать детям. Слезы потекли рекой, и говорить Кирилл не мог примерно минуту.

— Ну как? Полегчало?

Кирилл машинально кивнул, вытирая глаза. Он вовсе не был уверен в том, что ему полегчало, но повторно глотать спирт не согласился бы ни за какие сокровища.

— Тогда давай салфетку. И еще одну приготовь. И найди тюбик с мазью, зеленый такой… И бинты.

Кирилл, подсвечивая себе фонарем, принялся копаться в аптечке. Движения слегка замедлились, но руки дрожали уже меньше.

— Антибиотик бы вколоть, — смывая кровь вокруг ран, пробормотал Рэд. — Грязища тут — звездец.

— Антибиотики есть. — Кирилл немного гордился тем, что содержимое Лариной аптечки знает наизусть. Привычную работу руки выполнили почти без дрожи, он показал Рэду приготовленный шприц. — Вот.

Командир покосился с недоверием.

— Скажи еще — колоть умеешь?

Кирилл обиженно засопел. Делать уколы людям ему и впрямь не доводилось, но на лабораторных животных натренировался изрядно. Мазнул салфеткой Ларино плечо и ввел иглу. С удивлением заметив, что Рэд, поморщившись, отвернулся.

— Че тут было-то?

Кирилл, как сумел, рассказал.

— А у вас что было?

Выпитый спирт делал свое дело. У Кирилла начал заплетаться язык, зато руки слушались хорошо. И окружающее воспринималось не то чтобы безразлично, но и без прежнего ужаса. Он разулся, вылил из ботинка натекшую кровь и насухо вытер изнутри остатками Лариной футболки. А потом спокойно, даже без тошноты следил за тем, как Рэд обрабатывает раны. У ключицы пуля прошла навылет, и командир заверил, что это неплохо — хоть вытаскивать не надо. Гораздо больше его беспокоило второе ранение. Все, что мог сейчас сделать — остановить кровотечение. А дальше Лару следовало как можно скорее отвезти к настоящему врачу.

Повинуясь командам, Кирилл находил в аптечке и подавал Рэду требуемое. Когда тот поднял девушку, приказав придерживать тампон с мазью, и занялся раной со стороны спины, уже без содроганий коснулся окровавленного бинта. Другой рукой осторожно обнял Лару, прислонив к своему плечу.