Если бы Рэд продолжил расспросы — он, возможно, даже от слез не удержался бы. Но, слава богу, адапт ничего не ответил. Молча выпустил его плечо и отступил.

Мучительный стыд за эту сцену терзал Кирилла до самого ужина.

Когда они с Рэдом, не обменявшись больше ни словом, вернулись в спальню, там уже были другие парни из команды. Они шумно, словно оттягиваясь после вынужденной тишины похода, разговаривали — каждый орал от своей кровати.

Разговор шел о дискотеке. Краешком тренированной памяти Кирилл вспомнил, что так называется разновидность развлечения, непрофессиональные танцы под примитивную музыку, но в суть разговора вникнуть не пытался.

Он очень боялся, что Рэд сейчас что-нибудь скажет — такое, после чего ему останется только умереть со стыда. Но командир, как ни в чем не бывало, включился в общую беседу — если стоящий в комнате гвалт можно было так назвать — и, казалось, перестал обращать внимание на новенького.

А потом они пошли ужинать.

* * *

В Бункере, разумеется, тоже была столовая — белая, как и все остальные помещения, с раздаточным окном, скучными пластиковыми столами и большим, в полстены, монитором. Кухня находилась за перегородкой, и Кирилл туда не заглядывал, не интересовался как-то. А здесь столовую от кухни ничто не отделяло, и никаких мониторов в помине не было.

В глубине помещения стояла огромная плита на дровяном, очевидно, отоплении. Рядом — длинный разделочный стол и полки с посудой. Тонкие перила огораживали спуск в подвал — там, судя по всему, хранились продукты, и женщины в фартуках за перила то ныряли, то выныривали. Вдоль стен протянулись столы с лавками, и за столами уже сидело местное население. Под потолком приветливо горели светильники.

Гости расселись. Кирилл оказался между Ларой и парнем из команды — адапты по-военному именовали себя «отрядом», — которого звали Джек. Ребята говорили «Жека», Кирилл еще на дороге определил, кому принадлежит насмешливый голос. И имена других парней запомнил: Люк, Саша и Гарри.

Официально представлять спутников друг другу Рэдрик, очевидно, посчитал излишним, а сам Кирилл решил не навязываться. В спальне, при свете, определил, кто есть кто. Заметил, украдкой разглядывая «отряд», что рельефностью мышц Рэду не уступает ни один из товарищей, а здоровенный, на голову выше всех, силач по имени Люк — пожалуй, превосходит.

Джек — насколько понял из замечаний парней Кирилл — обладал в отряде репутацией ловеласа. Устремленные к веселому красавцу взгляды местных девушек догадку подтверждали. Кирилл оказался не единственной мишенью для насмешек — Джек с удовольствием поддразнивал всех, кто попадался под руку, однако хохотал при этом так заразительно, что присоединялись сами высмеиваемые.