— Не надо! — взмолился он. — Пожалуйста!

Толян поморщился.

— Гос-споди, че ж так орать? Ну, не надо — значит, не надо. — Выражение лица снова поменялось, теперь Толян смотрел на Кирилла почти ласково. — Тут ведь твое слово главное… Так че? Куда бредем-то?

Кирилл опустил залитые слезами глаза на Рэда. Встретился с командиром взглядом.

— В Казань.

Толян вздохнул.

— Вот же злыдень! Никакого в тебе сострадания. Взяли, парни.

«Парни» дружно наклонились.

И тут перевернутый на спину Рэд резко подтянул к себе связанные ноги и выбросил вперед. Мыски врезались точно в горло нагнувшемуся охраннику — тот странно зашипел и осел на пол.

Рэд сильным рывком развернул тело и попробовал так же лягнуть второго — но этот успел отскочить. Направил на адапта пистолет. Кирилла, попытавшегося было повиснуть у него на руке, Лысый схватил за шиворот. Рэд, покряхтев, улегся на бок.

— «Взяли, парни»! Твоим парням — только коров за вымя брать.

— Ах ты, гнида, — прошипел вскочивший Толян. — Лысый, свяжи умника!

Лысый шмякнул Кирилла на освободившийся стул. Заломил сзади руки, подобрал с пола катушку со скотчем. Рэд издевательски расхохотался.

— Вяжи крепче, он боец серьезный!

Охранник с пистолетом ударил Рэда ногой в живот. Командир согнулся, словно переломившись. Рванувшегося к нему Кирилла наградили оплеухой. Толян выругался.

— Сказал же, по морде не бить!.. Примотал?

Лысый поднял Кирилла за плечи, вместе со стулом. Потряс, демонстрируя надежность пут.

— Окей, — кивнул Толян. — Взяли!

И в этот раз Рэда действительно взяли, хотя мощное бурое тело отчаянно сопротивлялось. Толян отпер неприметную дверь у дальней стены.

— Умника отодвинь подальше. Не дай бог, обгорит.

И Кирилл с ужасом понял, что солнце прямо здесь, за дверью.

— Стойте! — Он задергался, пытаясь высвободиться.

Лысый потянул ручку на себя. Приоткрывшаяся щель засверкала беспощадным белым. «Это — боль такая, что лучше б сдохнуть, — вспомнил Кирилл. — Орали так, что глотки посрывали…»

— Не надо! Пожалуйста!!! — Он запрыгал вместе со стулом.

Понял, что не сможет на это смотреть. И пусть будет каким угодно предателем! Пусть Рэд откажется потом с ним разговаривать, пусть будет, что будет, но позволять мучителям тащить беззащитного человека на солнце — нельзя.

— Я скажу! Все скажу! Не надо!

Кирилл увидел, как заиграла на лице Толяна довольная улыбка. Увидел, как, с усилием вывернув шею, сверкнул глазами Рэд. И в эту секунду треснула дверь, через которую бесконечное время тому назад Кирилл сюда вбежал. Она, должно быть, была заперта и отлетела от стены, неся на себе вырванные с мясом замок и кусок наличника. В помещение ворвались двое, один из которых сбил с ног Толяна, а другой бросился на Лысого.