— Опасный запрос.
— У нас опасный ребёнок умирает за стеной.
Он посмотрел на закрытую дверь.
— Я попробую.
— Попробуете?
— Во дворце даже начальник стражи не открывает все двери.
— Тогда найдите того, кто открывает.
Кахем усмехнулся без радости.
— Ты начинаешь понимать.
Из комнаты донёсся слабый звук.
Не крик.
Шёпот.
Я резко вернулась внутрь.
Сену лежал с открытыми глазами и смотрел не на меня — за моё плечо.
Я медленно обернулась.
Угол был пуст.
Но мальчик дрожащим голосом сказал:
— Он снова пришёл.
Я сглотнула.
— Кто?
Сену заплакал.
— Тот, кто забрал Иари.
Глава 12 Перо Маат
За мной пришли утром.
Не Кахем.
Женщины в белом.
Три жрицы вошли без стука, как будто дверь, стража и моё право испугаться не имели значения. На них были простые льняные одежды, чистые до режущей белизны. На лбу у каждой — тонкий знак пера.
Меру так и не нашли.
Сену после ночи с тенью спал тревожно, но дышал. Я сидела рядом с ним, считала вдохи и пыталась убедить себя, что четыре спокойных часа — это победа. Маленькая, шаткая, но победа.
Потом появились жрицы.
Сат-Исет сразу встала между ними и ложем.
— Царевич спит.
Старшая из трёх даже не посмотрела на неё.
— Мы пришли не за ребёнком.
Я поднялась.
— За мной?
— Верховная жрица Маат-Ирии ждёт.
У меня неприятно сжался желудок.
Маат.
Здесь этим словом оправдывали всё: суд, молчание, приговор, воду, смерть. Теперь, видимо, дошла очередь до меня.
Кахем появился в дверях почти сразу. Значит, знал.
— Это обязательно? — спросила я.
Он ответил не сразу.
— Если откажешься, скажут, что тебе есть что скрывать.
— А если пойду?
— Скажут то же самое, но позже.
Я усмехнулась.
— Чудесный выбор.
Сену во сне тихо всхлипнул. Я наклонилась к нему, проверила лоб, поправила ткань. Хотелось остаться. Упереться в пол, вцепиться в край ложа и сказать всем этим белым женщинам, что пока ребёнок болен, их богиня подождёт.
Но я уже понимала: в этом мире боги не ждали.
Людей заставляли ждать.
— Если ему станет хуже, зовите меня сразу, — сказала я Сат-Исет.
Кормилица посмотрела на жриц, потом на меня.
— Они не отпустят.
— Тогда кричите громче.
В её глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение. Очень быстро. Почти незаметно.
Жрицы повели меня в храмовую часть дворца.
Коридоры становились всё светлее. Меньше золота, больше белого камня. Меньше запаха лотоса, больше холодного ладана. На стенах — изображения весов, сердец, глаз и перьев. В нишах горели лампы с ровным неподвижным пламенем.
Здесь было красиво.
И мёртво.
Зал Маат-Ирии оказался круглым. Без окон. Свет падал сверху через отверстие в потолке — узким столбом прямо на каменную плиту в центре. На плите лежало белое перо.