Я сдвигаю руку и сильнее прижимаю дуло пистолета.
— Я показываю тебе, что я не такая невинная и беспомощная, как тебе кажется. — Я прикоснулась губами к его губам, дразня его так же, как он любит дразнить меня. — Мне не нужно было, чтобы ты женился на мне и унес меня, как какую-то девушку в беде. Я прекрасно могу о себе позаботиться.
— Теперь я это вижу. Похоже, я ошибался насчет тебя. — Его мозолистая ладонь скользит по моей ноге, грубо касаясь моей кожи. — Ты не боишься играть с огнем.
— Точно...
Не успеваю я договорить, как он переворачивает меня и прижимает к дивану, его тело погружается между моих бедер. Я моргаю и вижу пистолет в его руке и ухмылку на его лице.
— Ублюдок, — выжимаю я из себя и пытаюсь оттолкнуть его, но он не сдвигается с места.
— Ты думала, что твои действия останутся безнаказанными? — Его ладонь обхватила мою шею, большой палец коснулся моей челюсти, и я задрожала. — Посмотри на это... Мне кажется, ты возбудилась.
— Нет, — солгала я. Более точным было бы сказать, что я не должна была возбуждаться, но я не могла ничего с собой поделать. Его близость, его прикосновения, его теплота пробудили во мне целый мир воспоминаний.
— Правда? — шепчет он, глаза его блестят. — Готов поспорить, что если я сейчас раздвину твои красивые ножки, то обнаружу, что ты вся мокрая для меня.
Его взгляд обжигает меня, когда он медленно и намеренно проводит пистолетом по внутренней стороне моего бедра, пока он не опускается на мое пульсирующее ядро. Холодный металл целует меня через тонкую ткань трусиков, и я вздрогнула, как будто он ударил меня током. Одного дразнящего прикосновения к ткани едва хватает, чтобы снять напряжение, и я сдвигаю бедра, пытаясь создать больше трения.
— Все еще такая отзывчивая, — шепчет он. — Ты такая хорошая девочка для меня, когда перестаешь притворяться, что это не то, чего ты хочешь.
Моя киска сжимается, отчаянно жаждущая большего, чем этот мимолетный контакт.
Проснись, Хоуп . Он прижимает пистолет к твоей киске, но... Блядь, как это приятно.
Он двигает ствол, проводя им вверх и вниз по моему центру. Я закрываю глаза и раздвигаю ноги, давая ему лучший доступ, но он не торопится, потирая прямо по моему клитору через тонкую ткань, как будто у него есть вся ночь, чтобы играть. Низкий стон вырывается из моих губ, прежде чем я успеваю его остановить.
Без предупреждения он зацепляет край моих трусиков оружием и сдвигает их в сторону, и прохладный воздух обдувает мои складки.
— Лгунья, — бормочет он, скользя стальным наконечником по моей мокрой щели. — Ты говоришь «нет», но если бы ты только могла себя увидеть... Ты вся мокрая из-за меня.