— Накопление энергии, 70%. Внешние гравитационные лучи крейсеров активировались, пытаются ухватить наш корпус. Это как пытаться взлететь, когда тебя держат за ноги три гигантских краба. Мы никуда не уйдем, Роджер. Физика, суровая штука, и она сейчас против нас.

Я обернулся к Кире, которая стояла позади моего кресла. Ее фиолетовая кожа светилась ровным, глубоким светом, а серебристая нейросеть пульсировала в такт работе Ключа на запястье. Она выглядела напуганной, но в ее взгляде не было обреченности. Новые чувства, полученные в Архиве Эмпатии, горели в ней ярким пламенем, давая силы бороться с холодной логикой машин.

— Принцесса, мне нужна твоя помощь! — я схватил ее за руку, чувствуя тепло, исходящее от кожи. — Соберись. Вспомни то, что ты чувствовала в Храме. Тебе нужно противодействовать их гравизахватам. Используй силу «Эгиды», толкни пространство в ответ! Если ты не разожмешь эти тиски, нам не свалить.

Она закрыла глаза, и я увидел, как воздух вокруг нее начал дрожать от колоссального напряжения. По рубке прошел гравитационный импульс, от которого у меня заложило уши, а мелкие детали на полу начали медленно подниматься вверх. Кира превратилась в живой проводник древней энергии, которая резонировала с системами корабля, усиливая их мощность в десятки раз.

— Я… я пробую, Роджер… — прошептала она, и ее голос звучал как хор тысячи голосов. — Гравитационные поля такие тяжелые… Они давят, словно горы. Но я вижу нити, которые нас держат. Я попробую их… обрезать.

На мостике дредноута «Правосудие» Шким в этот момент наверняка орал на своих подчиненных. Я видел, как орудийные порты крейсеров вспыхнули ослепительным изумрудными огнями— имперцы начали накачку плазменных пушек. Время растянулось, превращаясь в вязкий сироп, в котором каждое движение стоило невероятных усилий. Мы замерли на пороге между жизнью и окончательным небытием.

Первые пробные залпы прорезали космос. Пространство вокруг «Странника» взорвалось каскадом ослепительных вспышек. Первые залпы имперских орудий ударили в наши щиты, заставляя корвет содрогнуться от чудовищной кинетической энергии. Перед глазами все поплыло, искры посыпались из-под потолка, а запах горелой проводки мгновенно заполнил кабину. Корабль жалобно стонал, металл переборок деформировался под давлением плазмы, но щиты, подпитываемые волей Киры, пока держались.

— Держись, малышка! Еще немного! — я кричал, почти не слыша собственного голоса из-за завывания сирен. — Накопление энергии, 95%. Мы почти готовы! Кира, ты молодец! Гравитационные лучи начинают слабеть, ты буквально вырываешь нас из их хватки! Еще пять секунд, и мы совершим самый безумный маневр в истории мусорного флота!