Он вроде бы учится неплохо, в школе, насколько мне известно, тоже всё хорошо. Значит, это что-то личное. Семейное? Что-то случилось? Ловлю себя на том, что снова возвращаюсь мыслями к Незнайке.
В школе уже или знают, или догадываются о том, что я нравлюсь Незнайке. А вот что касается меня, я просто делаю вид, что мы друзья, что ли, приятели. Ведь я же общаюсь с мальчиками из нашего класса? Общаюсь. И некоторые наши девочки общаются с мальчиками постарше. И это вовсе не значит, что они им нравятся. Хотя некоторым, да, возможно, и нравятся. Но другие общаются потому, что или соседи по двору, или знакомы их родители, да просто так получилось. Так что стараюсь не концентрировать внимание своих одноклассников на этом. Как будто всё происходит как и должно. Пару раз мальчики было вздумали пройтись по этому поводу:
— Линда, а когда Незнайка полетит на Луну?
— Линда, ты знаешь, о чём все говорят? Говорят о том, что Незнайка, кажется, стал что-то знать. Хи-хи.
Я никак не реагировала, и они потихоньку отстали. Главное — не реагировать. Иначе люди думают: раз человек злится или обижается, значит, задели его за живое. Но нет, от меня они такого не дождутся. Они знают, что я могу и треснуть любого по башке и обматерить, мало не покажется. Но не в этот раз. Тут надо быть умнее, как будто я не при делах. Ну Незнайка, ну общаемся, ну нравлюсь я ему, и что? Да и разговариваем мы с ним очень редко, иногда пересечемся на перемене, и то когда никого рядом не окажется. Ни его, ни моих одноклассников. Тогда им становится неинтересно. Они же как стая диких шакальчиков: ищут, на кого бы наброситься, позубоскалить, душу отвести. Если шикнуть или мимо пройти, они не тронут, а если начнешь бояться, смущаться, оправдываться, злиться — всё, пиши пропало! Будут шакалить снова и снова.
Хоть я и старалась не подавать виду, кажется, Катька заметила мое состояние. И любопытство. На большой перемене, когда мы стояли с ней у окна, а Незнайка в это время проходил по двору, она ни с того ни с сего заявила:
— У него с отцом проблемы.
— У кого? — не сразу поняла я, так как была занята своими мыслями.
— У Незнайки.
— Откуда ты знаешь?
— Алена сказала.
— Твоя соседка?
— Да. Аленина мама дружит с его теткой. Они как раз про него разговаривали позавчера у Алены дома. Она потом мне тоже рассказала. Я забыла тебе сразу сказать об этом, из головы вылетело.
— А что случилось? Отец заболел?
— Нет, здоровее некуда, — хмыкнула Катька. — Он вернулся к его матери.
— Разве это плохо? — спросила я Катьку, на самом деле мало что понимая. — А он уходил? Куда?