— Раечка, не переживай, на выходные я сразу к вам приеду, и так, может, среди недели вырвусь. Часто буду приезжать. Еще и надоем тебе. — Настроение у папы благодушное.
Меня это радует, маму нет.
— Витенька, ты что-то подозрительно веселый. Что, твоя проститутка тебя чем-то обрадовала? Или только собирается?
— Рай, ну не начинай, не порть сейчас все.
— Ну смотри, я все узнаю в любом случае.
А за день до отъезда я поехала с папой к нему на работу, ненадолго. Мама собирала наши вещи в пансионат. После обеда папа сказал, что собирается прийти сегодня с работы пораньше и поэтому планирует побыть на работе час-полтора, посмотреть обстановку.
— Возьми с собой Линду, пусть она поедет с тобой.
— Зачем? — Папе такая идея кажется непривлекательной. — Я туда и обратно смотаюсь.
— Вот и хорошо, возьми ее с собой. Линда, поезжай с папой, посмотри, как у него там в кабинете, порядок или нет?
Хоть и меня тоже совершенно не радовала такая перспектива, я согласилась.
И вот я уже на стадионе, хожу, болтаюсь без дела. Лучше бы я осталась дома и помогла маме. Но чего уж там теперь? Всё равно настроение хорошее, завтра мы уже поедем в пансионат. Интересно, какая комната нам достанется?
Вот прошёл почти час, а я и не заметила. Сижу себе тихонечко на трибуне, смотрю, как тренируются спортсмены, и думаю о своём. Надо встать и пойти к папе, может быть, он уже освободился и ищет меня?
Подхожу к зданию, внутри которого папин кабинет. Вошла. В здании никого. Его секретарши, Татьяны Григорьевны, тоже нет на месте. Я стараюсь относиться к ней равнодушно, здороваюсь, отвечаю вежливо на дежурные вопросы и абстрагируюсь, насколько могу себе позволить. Дверь в папин кабинет слегка приоткрыта. Дотрагиваюсь до ручки и распахиваю её, чтобы войти.
Вдоль одной стены у папы в кабинете стоят стулья. На последнем, ближе к папиному письменному столу, сидит Татьяна Григорьевна. Папа стоит рядом, и они оба улыбаются. Кажется, они не ожидали увидеть меня.
— О, да это же ваша доченька, Виктор Сергеевич. Линдочка, — слащаво произносит Татьяна Григорьевна, буравя меня взглядом, — какая красавица!
Что это с ней? Мы же уже виделись сегодня и здоровались. Она всё ещё неестественно широко улыбается, как аллигатор.
— Да, вот такая уже выросла, — отвечает любезно папа.
А с ним что такое? Надеюсь, что эта глупая улыбка на его лице не приклеилась к нему навечно? Честно говоря, папа похож на идиота.
— Наверное, ваша помощница?
— Ну... — замялся папа, — надеюсь, станет ей когда-нибудь.
— Ах, да что вы, прекратите! Я уверена, что вы шутите, — произнося эти любезные слова, папина секретарша поворачивается к нему и правой рукой слегка похлопывает его по ноге, по бедру, очень высоко по бедру, почти возле... паха.