— Почему?
— Потому что у них так принято. Я их попросила отдать сейчас, ведь кофточка же продалась, они ответили: «Нет, ждите». Я расплакалась, сказала: «У меня дочь болеет, ей лекарство нужно, отдайте, пожалуйста, сейчас», они не отдали. — Вздохнула тяжело мама. — Теперь только через три дня. И то только после четырех часов отдадут, почти вечером.
— Не переживай, мамочка, не расстраивайся.
— Ах, Линда, сволочи это, а не люди.
— Мам, пожалуйста, всё хорошо, мне уже намного лучше. Честно.
Немного погодя мне и правда стало лучше, и когда прошли положенные три рабочих дня, я была гораздо живее и бодрее.
Скоро мне довелось побывать в том новом магазине. Мы зашли в него вместе с моей одноклассницей, чтобы просто посмотреть, что там есть в продаже. В мясном отделе у меня закружилась голова, и я чуть не упала в обморок. Но вовремя стала впиваться ногтями в ладони и затем щипать себя. Запахи тут были обалденные, колбаса пахла очень вкусно, а я была ещё и голодная. Что ж, не буду лукавить, мне бы очень хотелось иметь возможность купить что-нибудь здесь. Мне всё равно, какую именно колбасу, любую, принести её домой и слопать вместе с мамой и братиком, но она стоила очень дорого и была нам не по карману.
А ещё через некоторое время, тоже в центре, открылся крытый рынок. Там каждый желающий мог арендовать место для торговли, прилавок, одно место или несколько, и торговать продуктами. Постепенно он наполнился разными предпринимателями, вернее, предприниматели разобрали эту аренду, торговые места. Наняли себе продавщиц, навезли разных товаров и рынок заработал на полную мощность.
Тася сходит с ума от злости, им всё никак не приходит разрешение. Уже и её другая сестра уехала с семьей в Германию, а они подавали документы позже Таси с Вадимом.
— Проклял нас что ли кто-то? — возмущалась Тася. — Когда уже наконец-то нам повезёт?
Родители общались с ними, но редко. Пару раз они заезжали к нам в гости. Один раз мы поехали к ним с мамой проведать дедулю.
В большой гостиной Таси и Вадима стоит длинный диван, около противоположной стены — телевизор на тумбочке, ещё есть круглый стол, стулья и небольшой комод. А в самом углу, рядом с диваном, стоит старенькое, неглубокое кресло, застеленное светло-розовым байковым одеялом. На нём часто сидит дедуля. Это его местечко. Там он устраивается, когда смотрит телевизор, когда думает о чём-то своём, и просто, я думаю, ему так привычно.
Вадим ругается с ним из-за того, что тот делает звук на телевизоре слишком громким, видимо, ему плохо слышно. Дедуля с ним соглашается, когда тот убавляет звук, но потом машинально добавляет его снова. Вадим опять делает ему замечание. И так может продолжаться весь день. Наверное, так и продолжается, и не только день, но и всё время.