— Спасибо, пап, — протягивает братик руку за денежкой.
— Вот скажи, я что, тебя не кормлю? Ты голодаешь? — видимо, папу задевают мамины упреки.
— Нет, — улыбается братик.
— Вот и я думаю, что нет. Иди скажи это своей тупой матери, что ты не голодный, слава Богу.
— Пап, да ладно тебе, не переживай, — старается успокоить его братик.
— Это ты своей матери скажи... и сестре, — косится он в мою сторону.
Вообще-то он предпочитает не общаться со мной напрямую, а действовать через маму или братика.
— Рая, скажи своей дочери, пусть закрывает за собой в ванной шампунь. Игорек, попроси свою сестру не быть такой свиньей и подмести пол, пусть хоть немного поможет матери. Рая, заставь свою дочь оторвать свою задницу от дивана и почистить картошку. — И все в таком духе.
Или же он просто выражает свое недовольство мной, процедив сквозь зубы: «Сука, ничего, скоро ты дождешься! Узнают все про твою гнилую душонку!» «Вот же паскуда, ничего ее не прошибет!» «Лыбится она тут, уродина!»
Случилось несчастье: у тети Оли погиб сын по пьянке. Была драка, и его пырнули ножом. Вроде двоих задержали, разбираются, но там такая каша в показаниях. Все участники были сильно пьяны и сами толком ничего сказать не могут.
Тетя Оля, конечно, чуть с ума не сошла от горя. Похороны были в Осмаке, мы всей семьей сразу поехали к ним.
Перед тем как поехать уже на кладбище и затем на поминки, я отсчитала несколько купюр и оставила их у себя в комнате на тумбочке. Приедем, передам их тете Оле тихонько или Лидке, а она потом матери. Там уже по обстоятельствам посмотрю. Я не жадничала, и сумма была довольно приличная.
Затем я решила привести себя в порядок перед отъездом: пошла в ванную, расчесалась, переплела косичку, умылась. Прошла в прихожую, надела куртку и взяла сумочку. Возвращаюсь в комнату, чтобы взять и деньги, а их нет. Меня аж как током ударило! Деньги исчезли. Прекрасно понимаю, что они исчезли не сами по себе, их кто-то взял. Не по ошибке, не нечаянно, а нарочно. Конечно, это не мама, об этом и речи быть не может. Папа? Ну, он бы мог, но нет. Братик. Я не раз замечала, что у меня пропадали деньги: с кармана, с кошелька, из моей комнаты. И пару раз я намекала ему об этом, мол, если что надо, просто скажи. На тот момент мне не хотелось задевать его самолюбие. И, честно говоря, мне было очень, очень стыдно за него и за всю эту ситуацию. Но теперь это были, можно сказать, похоронные деньги. И это же очень подло.
После недолгих раздумий я решаюсь: выхожу в гостиную и громко говорю:
— У меня кто-то взял деньги, это я приготовила для тети Оли. Пожалуйста, верните.