Никому из нас не доводилось лицезреть папину сберегательную книжку, даже мельком, хотя подозреваю, их у него несколько. Он тщательно оберегает свои финансовые тайны, свои сокровища. Каждый месяц папа аккуратно пополняет свой счет. А с учетом того, что почти все расходы нашей семьи теперь на мне, по крайней мере бытовые и необходимые, он может откладывать еще больше.
Так почему же он не хочет встретиться с Сачком?
Я очень рада поездке в Уцик. И сразу же поспешила рассказать обо всем Наде, предвкушая, как она обрадуется. Но, к моему удивлению, я не услышала радости в ее голосе. Скорее наоборот, она поникла. Мне даже стало немного не по себе. Но, может быть, Надя просто устала сейчас, или у нее болит голова, — успокаивала я себя.
— Наденька, я скоро приеду к тебе! — меня распирало от радости.
— Да... это хорошо... эм, а ты надолго планируешь?
— На две недели.
— О, это так дорого, поездки, расстояния. Тебе не сложно?
— Нет, Надя, я очень рада.
— Я тоже, Линдочка, — уверяла Надя, но по ее голосу я бы этого не сказала. — Но сейчас у нас ветрено, может быть, лучше попозже?
— Надя, да какая разница? Хоть снег, хоть буря, я же еду к тебе и Лилечке.
— Да, Линдочка. Если ты из-за меня, то не надо таких трат. Мы и сами скоро собирались к вам в гости.
Тогда я пришла к выводу, что Надя переживает за мои финансы, мол, эта поездка слишком неподъёмная для меня, дорогая. Ведь до этого она признавалась, что очень скучает, хочет увидеться, чтобы я приехала к ней, и мы бы погуляли по городу, вспомнили прошлое. Она даже предлагала свою помощь в этом, правда, не сразу, а когда у неё станет получше с финансами. Она и маме это говорила, о том, что мечтает увидеть ее и всех нас.
Дядя Вагиф больше не с Надей, они расстались. Очень жаль. У того разладился бизнес, дела стали идти неважно, поэтому пришлось здорово сократить расходы. Наде это категорически не понравилось. Тем более она не могла простить дяде Вагифу его нежелания жить в Москве, когда у них была такая возможность. В итоге она призналась ему, что устала, и им лучше больше не видеться.
Папа сначала кривился, возмущался моей поездке в Уцик.
— Ты не имеешь права на это! Эгоистка несчастная. Она значит поедет, а мать? А твой брат?
— Это не я, это подарок. От Егора Александровича.
— Какого хера он такие подарки делает? Видать, ты его хорошо отблагодарила?
— Да, я ему во многом помогала. И говорила вам об этом.
— Кто этому поверит? Знаем мы, что это за подарочки. Приличным людям такие подарки не дарят. Игорь, ты слышишь? Твоей сестре вон, смотри-ка, дарят подарки, отблагодарил ее начальник. Знаем за какие заслуги. Так только подзаборных отблагодарить могут.