— Да, Орлов… — рассеянно кивает Алекс. — Да только нужно ли тратить на него силы?

Вышка смотрит на него, ожидая продолжения, и мим устало вздыхает.

— Одна из вершин триумвирата мертва. А вторая скоро лишится козыря, открывающего путь в Марусино. Не думаешь, что нужно сосредоточиться на ударе по последней фигуре?

— О, — снова говорит Зерно.

Максим тоже приоткрывает рот. Но так ничего и не произносит. Он одновременно перемалывает огромные массивы новой информации, пытаясь сопоставить её и наметить план дальнейших действий. А потому предложение Бельмондо застаёт его врасплох…

Парень же намерен ковать железо, пока с грубой заготовки не сошёл алый жар печи. Его чувства обострены, несмотря на дикую усталость; взгляд замечает малейшие сколы на прозрачной площадке журнального столика. Огромный город и знать не знает, что в его организме завелась отважная молекула, решившая, что ей под силу скорректировать иммунную систему великана. Круша мысли о собственной ничтожности, Алекс подаётся вперёд, не позволяя оперативнику перехватить инициативу.

— Что ты знаешь о Гардт? — спрашивает он.

Максим покорно прикрывает глаза, сверяясь с картотекой памяти. Зерно кивком подтверждает оригинальность идеи. Снимает с полки старенький планшет, которым Бель не пользовался уже полгода, и без промедления углубляется в инфоспатиум.

— Марианна Олеговна Гардт, — произносит Вышегородский, словно на изнанке опущенных век у него напечатано досье, которое он зачитывает, — член совета директоров Транснационального Статуса с государственным контрольным пакетом «Огнь», бхикшу Ново-Николаевского отделения корпорации. 82 года, но омолаживающие операции не позволят дать ей больше 50. Окончила Сибирскую Академию Государственного Управления, в 24 года перебралась в Санкт-Петербург, где несколько лет проработала на концерн «СП-Тех». Затем её перекупили «Автономные боевые системы России», откуда она переметнулась в «Интеллектуальные роботизированные конструкции» и после — в «Огнь»…

— Неохум? — с замиранием сердца интересуется Алекс.

— Нет, но Ускользающая, — тут же отвечает капитан, вызвав у мима невольный вздох облегчения. — Если не ошибаюсь, в качестве увечья выбрано что-то из ассортимента паразитарных краниопагов… Операция проведена не в детстве, что позволило Марианне Олеговне, до того, как она изуродовала собственное тело, обзавестись детьми…

— Имплантаты? — делая мысленные пометки, спрашивает Бельмондо.

— Не владею точной информацией, скажу позже.

— Привычки, особенности? Может, она вегетарианка? Балуется легальными наркотиками?