— Не могу, — твёрдо отвечает Алекс, пряча бутылку в шкаф. — Я должен её увидеть. Лично. Должен убедить. Не придумал ещё, в чём, но я смогу. И точно знаю, что у меня это выйдет лучше, чем у Вышки или любого из его коллег по Корпусу.

— Ты псих, — бесстрастно констатирует Леонид, туша сигарету.

— Возможно, — так же серо и тускло отвечает ему друг. — Я в лабу, нужно собрать вещи…

Бель думает, что Зерно останется на кухне ковыряться в планшете и выискивать в спатиуме самые сенсационные новости, но тот плетётся следом. Они минуют гостиную, где на диване застыл неподвижный Максим. Капитан что-то негромко говорит виртуальному собеседнику, но из-за шлема посторонние не могут разобрать слов, лишь приглушённое бормотание.

В лаборатории Куликов осторожно пристраивается на табурет, стараясь не мешать. Сам же хозяин норы начинает неспешно и вдумчиво нагружать саквояж инвентарём, способным пригодиться на завтрашнем задании. Вещей понадобится немало, а потому он расстёгивает «молнию» на днище, раскрывая потайное отделение и увеличивая объём сумки.

Уложив в неё несколько париков и женских украшений, он открывает шкаф с препаратами. Вынимает упаковку псевдобарбитуратов. Выколотив пару ампул, бросает их в железную ступку и начинает методично перемалывать в пыль.

— Что ты задумал? — спрашивает, причём без особенного интереса, Лёня.

— Готовлю наш ответ Чемберлену, что бы эта фраза вообще не значила, — с излишней резкостью отвечает мим. — Сегодня ночью я никуда идти не готов. Да и Вышка едва держится на ногах…

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — кивает пиксельхантер, более в расспросы не вдаваясь.

— Ага, — не прекращая измельчать ампулы, подтверждает Алекс.

Закончив, пересыпает препарат в крохотный полиэтиленовый конверт, прячет в кармане штанов. И продолжает собирать вещи, способные пригодиться в грядущем представлении. Действовать приходится наугад, интуитивно, но Бельмондо не зря называют лучшим, а потому он полностью доверяет своим чувствам и ожиданиям.

Завершив сборы, курьер ставит тяжёлый саквояж у двери и возвращается на кухню. Зерно следует за узкоглазым полукровкой, будто щенок, который не хочет оставаться один. Выдав ему одну из чашек свежезаваренного кофе, Бель ссыпает снотворное во вторую и старательно перемешивает. Часы на холодильнике сообщают, что Вышегородский пробыл в одиночестве уже более сорока минут.

Отставив чашку с сюрпризом, Алекс берётся за третью, в несколько больших, задумчивых глотков вливая в себя горький напиток. Куликов пьёт мелко и редко, время от времени делясь вестями, откопанными на посадских и федеральных каналах.