Замолчав, жду ответа синтагматарха, и тот вновь меня не радует.

— Да простит меня великий царь, — начал он, заранее извиняясь, — был у нас с парнями разговор про Каппадокию. Землю тамошнюю, по воле царя нашего, мы недавно своими руками щупали. Хорошая землица и места годные, только, говорят, там зимы суровые, да ветра с Понта дуют так, что душу выдувают у человека. Да и армяне с востока набегают частенько.

Он замолчал, а я подумал про себя: «Да, что ты знаешь о суровых зимах! Вот кабы я вас в Сибирь отправлял, тогда ещё можно было бы понять!»

Смотрю ему прямо в глаза и кривлю рот в усмешке.

— Неужто аргираспиды каких-то армян испугались? Не поверю! Да и не полезет никто теперь в Каппадокию, поскольку отныне это земля царская, и за набег на неё я спрошу так, что мало никому не покажется.

Уловив мой настрой, Андромах начал тут же подстраховывать свою задницу.

— Да я-то что! Я, как раз, за Каппадокию ратовал, но ребята упёрлись. В Лидию хотим, и всё тут.

— Ребята, говоришь… — пробурчав, бросаю вопросительный взгляд на Энея: мол, ты уверен, что этот синтагматарх пользуется большим авторитетом? Тот утвердительно кивает, и тогда я перехожу к тому, ради чего, собственно, и просил найти такого человека.

Выразительно глянув на Андромаха, я выкладываю на стол увесистый мешочек с серебряными монетами.

— Здесь десять мин серебром (4,5 кг). — Киваю на лежащий мешок. — Поможет ли это уговорить аргираспидов изменить свой выбор в пользу Каппадокии?

Замечаю, как мой гость исподволь бросил оценивающий взгляд на стол, а потом изобразил смущённую неуверенность.

— Не знаю даже… Парни в лагере ждут, что царь сдержит слово.

Это прямое вымогательство, и моя первая реакция — насмешливое возмущение.

«Совсем охренел, с царём пытается торговаться!»

Внешне же изображаю полное спокойствие, потому что именно такого человека я и искал: жадного, продажного, но к слову которого аргираспиды прислушаются.

Дабы «наш друг» не зарывался, одеваю на лицо ледяную маску.

— Для этого ты здесь, Андромах! Именно для этого! Я хочу сдержать слово, но землю в Лидии вы не получите ни при каких обстоятельствах.

Киваю Энею, и тот, сходив к сундуку в задней части шатра, принёс ещё один такой же мешочек. Серебро тяжело шмякнулось на доски стола, и я добавляю в голос стальные нотки:

— Так тебе будет легче уговорить своих товарищей?

Вижу, что ушлый вояка слегка струхнул, но жадность в нём сильнее чувства самосохранения.

— Уговорить парней будет непросто, — начал тянуть он, настороженно косясь на меня. — Придётся делиться со многими из наших…