Этой сатрапией практически самовластно правил Асандр, получивший ее еще при разделе в Трипарадисе. Он, можно сказать, оставался последним из могикан, последним сатрапом в Малой Азии, которого Антигон не сумел подмять под себя. На этот аспект мне следовало бы обратить более пристальное внимание, но я почему-то был уверен, что после разгрома Антигона никто не посмеет открыто выступить против меня. Во всяком случае здесь, у меня под боком.

В общем, тройка уехала, а через месяц вот примчался окровавленный гонец с известием, что все они мертвы.

Я тут же созвал совет и после недолгих дебатов приказал поднимать войска. Полный праведного гнева, я уже представлял, как вздерну этого Асандра на воротах города, но тут начали приходить известия из близлежащих городов об открытом недовольстве горожан и даже восстаниях. В Сардах, Абидосе и Смирне народ поднялся против моих гарнизонов, и по всей Фригии и Лидии запылали пожары мятежей.

В чём причина, выяснилось почти сразу. Оказалось, горожане недовольны моим решением о снятии со стен всех камнеметательных машин. Кто-то пустил слух, что я специально разоружаю города, чтобы потом их было легче отдать на разграбление своим диким восточным ордам. Для любого здравого человека такое утверждение прозвучало бы дико: ведь это мои города, зачем мне их уничтожать и грабить! Вот только бунт — бессмысленный и беспощадный, и не только в России. Во всём мире и во все времена чем глупее развод, тем легче поддаётся на него народ.

Дело в том, что я действительно приказал снять катапульты и баллисты с городских стен, потому что мне срочно нужен был материал для создания новых орудий. Эвмен ожидал от меня обещанных катапульт, и времени на сушку дерева, нарезание костяных пластин и прочего у меня просто не было. С каждым днём задержки моего войска где-то глубоко в Азии, Чандрагупта всё дальше и дальше продвигался на запад, и терять ещё несколько месяцев было непозволительно.

Я искал выход и, увидев как-то на городской стене старую массивную баллисту, воскликнул:

— Вот же готовый материал!

Спешно были разосланы по городам гонцы с целью осмотреть и притащить в Келены все годные машины. Приказ был выполнен в кратчайшие сроки, и, уходя в поход, Эвмен имел уже двадцать одну катапульту нового образца.

Тогда, ещё не зная о последствиях своего решения, я вздохнул с облегчением. Теперь же надо было срочно решать, с чего начинать: с Асандра или с подавления недовольства в других городах.

Только я было решил не дёргаться и действовать по уже выработанному плану, как пришло известие от Неарха. В нём он извещал меня, что посольство, поначалу обещавшее быть удачным, неожиданно столкнулось с неразрешимыми трудностями.