— Верно. У нас были груды газет, которые грозили рассыпаться в прах, и мы спасали их, записывая микрофильмы.

— Ну а здесь нам приходится так поступать для экономии места и веса. — Он откинул крышку на одной из камер, и Ава повторила то же самое с другой. — Мы пробовали посылать прессу и книги как есть, в коробках, кораблями, но это ненадежный транспорт, плюс любые предметы германского производства постоянно изымались как контрабанда. — Он хихикнул. — Старина Симс по-прежнему вынужден убалтывать ПНЗГ, которые допытываются, почему мы шлем в Штаты такое количество нацистской прессы.

Снова эта аббревиатура.

— А что такое ПНЗГ? — Ава установила на штырек полную бобину и заправила кончик ленты в соседнюю, пустую.

— Португальская тайная полиция. — Майк замер, не закрыв крышку камеры до конца, и сурово взглянул на Аву. — Никогда, слышишь, никогда не вздумай с ними связываться.

Она кивнула и закрыла собственный аппарат.

Они одновременно повернули одну из восьми ручек, с помощью которых пленка внутри камеры передвигалась на стартовую позицию.

— Каждый месяц в нашем распоряжении сто шестьдесят пять фунтов груза на борту «Пан американ», который отправляется раз в две недели, так что… — Он похлопал по заряженной камере. — Микрофильмы.

Ава замерла, ожидая, что Майк сделает дальше.

— А что именно мы фотографируем?

Он указал на стол у задней стены, заваленный газетами на всех языках мира, журналами и листовками, с разбросанными там и сям стопками книг. Потом выудил, по всей видимости, инструкцию по использованию противогаза для гражданских лиц.

— Все это!? — Неудивительно, что мистера Симса разочаровала жалкая подборка Авы.

Майк снял пиджак и кинул его на стол, всем своим видом выражая готовность к работе.

— Нам тут предстоит провести какое-то время, поэтому, возможно, тебе стоит выпить кофе.

Желудок Авы издал недовольное бурчание, и сосущее ощущение пустоты заставило Аву поклясться самой себе больше не пропускать завтрак. Она взяла теплую кружку с кофе и приступила к работе. Нужно было положить лист ровно посередине, в перекрестье света от ламп, сфокусировать камеру и сделать снимок. При этом раздавался дребезжащий щелчок, который эхом разносился по недрам механизма.

Так они провели большую часть дня, бесконечно фотографируя все подряд, пока рядом с каждым не выросла стопка заполненных катушек. От того, что приходилось все время наклоняться, чтобы проверить, попал ли текст в кадр, у Авы горело между лопатками, а поясница, казалось, была готова разломиться пополам, если она нагнется еще хоть раз.