— В таком случае, — он положил руки ладонями на стол, — вам не стоит в принципе беседовать с немцами. Они наши враги, и время от времени сотрудничают с ПНЗГ. — Мистер Симс впился взглядом в глаза Авы. Она уже собиралась уточнить, что такое ПНЗГ, но ее собеседник снова уткнулся в досье, пробормотав: — А я-то надеялся, что вы окажетесь сообразительнее.

От этих слов у Авы на глазах выступили слезы, как от пощечины, и она опустила взгляд, чтобы мистер Симс ничего не заметил.

— Хочешь, покажу нашу фотостудию? — вдруг донесся от дверей голос Майка. Вне всякого сомнения, он слышал реплику мистера Симса. Как и весь остальной офис.

Ава кивнула, все еще глядя себе под ноги.

— Это было бы чудесно, спасибо.

Но стоило развернуться, как в спину ей полетел короткий свист.

— Не забудьте ваш грандиозный улов, — напомнил мистер Симс, сгребая газеты мясистой рукой, и Ава от унижения снова залилась краской.

Майк забрал тощую пачку и подтолкнул ее локтем в бок.

— А ты принесла на три штуки больше, чем я в свой первый день.

Ава вскинула на него глаза.

— Правда?

— Ага. Нам вообще почти не с чем было работать поначалу. — Они оказались в коридоре, пропитанном прогорклым запахом кофе. — Да и весь отдел тогда состоял из меня и старины Симса. Полагаю, он придирается к тебе именно поэтому — исполняет, так сказать, обряд посвящения.

Ава не ответила — в этот самый миг в Вашингтоне она бы собиралась на работу в отделе редких книг, а через час уже шагала бы мимо полок с шедеврами человеческой мысли и вдыхала запах, отсутствие которого она ощущала так, словно ей вынули сердце из груди. Но вместо этого сначала с ней флиртует нацист, потом появляется незнакомый тип, который утверждает, что много чего знает о ней, а потом ее подвергают нелепому посвящению.

Аристотель сказал, что у терпения горький вкус, но у его плодов — сладкий. Пока что Ава ощущала на языке только горечь, въедливую и неотступную.

Но разве ее первый день в Библиотеке Конгресса оказался простым? Она тогда даже представить не могла объем информации, который ей предстоит усвоить. Так что она еще ощутит вкус победы над Лиссабоном, и он обязательно окажется сладким.

Наконец Майк привел Аву в большой зал для собраний, в центре которого расположился стол, уставленный лампами; стульев не было, так что стол казался островом в пустынном море. На одном краю громоздились три камеры и несколько круглых металлических коробок с пленками.

— Видишь что-то знакомое? — подмигнул Майк. — Я слышал, ты имела с ними дело в Библиотеке Конгресса.

Ава подошла к крайней камере и ощутила, как горечь обиды стихает.