— На самом деле, ты меня очень обяжешь, Джеймс. — Майк ослабил узел галстука. — Я просто зашиваюсь.

— Шикарно! — Джеймс победно усмехнулся, взглянув на Аву. — Как насчет того, чтобы встретиться завтра в девять?

Но прежде, чем Ава придумала, что возразить, волшебным образом в поле зрения возник официант, и Джеймс поднял палец, привлекая его внимание. Когда тот ушел, приняв заказ, Джеймс повернулся к Аве.

— Вас угостить пивом?

* * *

Верный своему слову, Джеймс возник у дверей ее квартиры ровно в девять утра, так что Ава почти пожалела, что накануне дала ему свой адрес.

— Невозможно начать день в Лиссабоне безbica иpastéis de nata, — заявил Джеймс, галантно предлагая ей руку. Ава оставила этот жест без внимания, тем более сегодня она надела более устойчивые туфли и не нуждалась в поддержке.

— Мы не на свидании, — напомнила она.

— И в мыслях не было. — Джеймс опустил руку, приняв чопорный вид, которому противоречил веселый огонек в глазах. — Просто пытаюсь проявлять вежливость.

Ава поправила свою зеленую шляпку, украшенную белыми цветами — яркое дополнение к бледно-желтому платью-рубашке.

— И с вашего позволения я ограничусь чаем.

Он притормозил, пропуская летящий мимо и сигналящий трамвай.

— Мы в Португалии, так что выпьемbica .

— Строго говоря, чай — тоже национальный португальский напиток, — возразила Ава.

— Это потому, что в семнадцатом веке Екатерина Брагансская вышла замуж за Карла II? — Джеймс устремился в просвет в потоке машин. Ава посмотрела на него с интересом.

— Вообще-то да.

— Не стоит удивляться. — Джеймс свернул за угол. — Я знаю родную историю так же хорошо, как любой британский мальчишка, но, хотя и ценю ваше внимание к национальным британским пристрастиям, сам с удовольствием начинаю утро с чашечки ядреного кофе. Тем более, готов спорить, вам еще не выпадала возможность попробовать местные сорта.

Понятное дело, он угадал.

В кафе, куда они пришли, стены были обшиты полированным деревом и увешаны зеркалами, а на стойке красовался какой-то хитроумный механизм, издававший шипение и бульканье. Они расположились за маленьким столиком на двоих у самых дверей, где свежий апрельский ветерок обдувал колени Авы и играл с подолом ее юбки. Подошел официант, и Джеймс обратился к нему на безупречном португальском и говорил так быстро, что Ава не уловила ни одного слова из немногих ей известных.

Нечасто она оказывалась в ситуации, когда не знала языка, на котором шел разговор.

— И сколько вам потребовалось времени, чтобы выучить португальский? — поинтересовалась Ава и услышала, как в ее голос, слово ядовитый дым, вплетаются нотки зависти.