— Красиво.

— Ты красивее, — он взял ее руку и поцеловал ладонь — Вообще самая красивая.

— Ты льстец.

— Я реалист. Спроси мою маму, она подтвердит.

— Твоя мама сейчас спит.

— Значит, придется поверить мне на слово.

Он снял рубашку, отбросил ее в сторону и снова притянул Арину к себе. Кожа к коже. Горячая к горячей. Она почувствовала, как быстро бьется его сердце, но ровно, как метроном. Или как кофемашина, отсчитывающая двадцать семь секунд. Или как ее собственное сердце, которое колотилось где-то в горле.

Они двигались к кровати медленно, не разнимая объятий. Дэн сел на край и потянул ее за собой. Она встала между его колен, глядя на него сверху вниз. Он смотрел на нее снизу вверх, и в его глазах было столько всего. Нежность, желание, удивление, благодарность. Как будто он все еще не верил, что она здесь. Что она с ним.

— Ты дрожишь, — сказала она, проводя ладонью по его плечу.

— Это, потому что ты голая, — ответил он — И смотришь на меня так, будто я что-то хорошее.

— Ты и есть что-то очень хорошее.

— Я просто бармен.

— Ты Дэн. Человек, который притворился, что ему нужна лилия. Человек, который научил меня варить кофе и говорить на языке цветов. Человек, которого я люблю.

Он закрыл глаза. На секунду. Всего на одну секунду. А когда открыл в них стояли слезы. Не пролитые, просто влажный блеск, который она заметила, потому что смотрела очень внимательно.

— Эй, — она коснулась его щеки — Ты чего?

— Ничего, — он улыбнулся — Просто... Никто никогда не говорил мне такого. Я не знал, что слова могут так... — он не договорил.

— Могут что?

— Могут сделать так больно и так хорошо одновременно.

Она наклонилась и поцеловала его в уголок глаза. Туда, где собралась влага. Соленый. Теплый. Живой.

— Я хочу, чтобы ты знала, — сказал он, и его голос стал очень серьезным — Это не просто секс. Это я. Весь. Твой. Со всеми моими страхами, с моей работой, с моей мамой, с моими дурацкими привычками. Я весь твой. Если ты захочешь взять.

— Я уже взяла, — сказала она — В тот самый день, когда ты пришел за лилией. Я просто еще не знала об этом.

И она поцеловала его глубоко, жадно, отдавая все, что у нее было. Он ответил тем же.

Дальше пошло быстрее. Одежда летела на пол. Его джинсы. Ее белье. Они двигались синхронно, как будто репетировали это годами, хотя на самом деле все происходило впервые. Он лег на спину и потянул ее на себя, и она оказалась сверху, упираясь ладонями в его грудь. Татуировка Иггдрасиля была прямо под ее пальцами: корни, ствол, крона. Настоящее между прошлым и будущим.

— Ты уверена? — спросил он, и его руки легли на ее бедра.