— К-конечно! — возмущенно воскликнул юноша, слегка заикаясь.

Как мило. В полутьме коридора я заметила, как дернулось горло, когда молодой человек сглотнул. Мне вдруг безумно захотелось завернуть его в плед и угостить самым вкусным печеньем.

— Меня зовут Примула, я…

Но договорить мне не дали.

— Что⁈ — выдохнул юноша.

Краска мгновенно схлынула с лица, он дернулся, как от удара, и отпрянул.

— Да, я — Примула, и, кхм, я невеста милорда Увэ.

— Невеста!

Лицо, еще мгновение назад чарующе прекрасное, исказила гримаса отвращения и брезгливости.

— Ты — шкура! Нищая монастырская крыса, что пробралась в богатый дом через спальню отца!

Я почувствовала, словно из легких выбили воздух. Пусть в этом доме я временами чувствовала, что немного недотягиваю, но никто не поливал меня грязью и не мешал с дерьмом. Юноша с прекрасным лицом и гнилой душой продолжал поносить меня, на чем свет стоит, а я вдруг сообразила, что это — Хельмут, средний из сыновей милорда Увэ.

Как бороться с беспричинной слепой ненавистью мне было хорошо известно. Я просто развернулась и ушла, не произнеся ни слова и стараясь не слушать отборной брани, несущейся вслед.

Первое, что пришло в голову, когда я открыла утром глаза — вчера милорд Увэ поцеловал меня. И-и-и-и-и!!! Я сладко потянулась и пружинисто вскочила с кровати.

Молитва вышла отличной, горничная была спокойна и приветлива, а вдобавок ко всему милорд вновь собирал нас за общим столом. Ну, и пусть прошлый завтрак оставил о себе не самые приятные впечатления. Зато мы были вместе. Сидели прямо напротив друг друга. «Как муж и жена», — шепнул чей-то голос в ухо. Я густо покраснела, глядя на свое отражение в зеркале, и в памяти всплыл румянец на щеках Хельмута. Настроение резко ухнуло в выгребную яму. Если он прислушается к воле отца, то будет сегодня сидеть по правую руку от меня. Как бы молоко на столе не скисло, право слова.

Пока мы собирались за общим столом, небо заволокло грозовыми тучами.

— У меня ноют суставы, должно быть через час — другой хлынет, — проворчала леди Гретта в несвойственной ей манере.

— Примите лекарство, бабушка, — вежливо предложил Мориц, заботливо помогая почтенной даме занять место по левую руку от милорда.

— И пусть твоя горничная подберет платье потеплее, сквозняки в такую погоду коварны, матушка, — добавил Увэ. — Примула, вы сегодня хорошо спали?

Щеки вновь обожгло румянцем, и я поспешно опустила взгляд.

— Да, милорд Увэ, благодарю за вашу заботу, — вежливо ответила я.

А потом не удержалась и быстро подняла глаза, держа при этом лицо почтительно склоненным. По движению плеч я поняла, что милорд собирался обратиться к Морицу, но перехватил мой взгляд и замер, сбившись и позабыв, что хотел сказать. Я почувствовала себя крайне неловко из-за этого и уставилась в тарелку, чувствуя, как жар заливает щеки.